Он что псих?
— Нет, он просто регатов не боится. А они вполне себе могли отвезти его в какое-нибудь тёплое подземелье, каких полно по всей стране.
— Ага, только полной карты не существует, — буркнул Серёга.
— А что тебе мешает её создать и оцифровать, исходя из тех данных, что есть? Понятно, что карта будет неполной, но это лучше, чем ничего.
— Хм, попробую. Но это долго будет. Я пока карту делаю, твой Голицын уже за границу свалит.
Серёга был прав. А пограничная стена у нашей империи просто огромная. Даже если император туда армию отправит, Георгию ничто не помешает перелететь стену на регате под покровом ночи.
— Ой, Лёх, а я тебя уже обыскался! — за угол заглянул Макар.
— Вернусь на праздник, — кивнул Серёга и оставил нас наедине.
— Ну и зачем ты меня искал? — спросил я у своего воскресшего друга.
— Тут такое дело… Мне шампанское отказываются наливать! Безобразие! — пожаловался Макар и скрестил руки на груди.
— Ты же двенадцатилетка! Иди детское шампанское пей, — добродушно усмехнулся я.
— Ну ты и злой, — демонстративно отвернулся Макар, чем заставил меня рассмеяться.
— Нет, я просто успел соскучиться по твоим выражениям. Без них было скучновато.
— Да? Так забери меня из училища, и я тебе каждый день буду концерты устраивать, — усмехнулся Макар.
— Тебе там настолько не нравится?
— Нравится, но с тобой всё равно веселей. Так что насчёт шампанского?
— Нет.
— Вот так всегда! Опять меня лишают всех прелестей жизни.
Мы вдоволь насмеялись, а затем с серьёзными лицами вернулись в большой зал, где проводилось торжество. Играла спокойная живая музыка. А дворяне разбились на небольшие группы, о чём-то беседуя. Даже Диана нашла себе компанию в обществе Маши и Лесси.
И даже удивительно, но за этот вечер больше никаких происшествий не произошло. Ну, если не считать того, что Макар всё-таки добрался до шампанского, за что получил по шее от своей бабки.
Домой мы вернулись уже после полуночи. Довольные и уставшие.
— Я же могу теперь переехать в твою комнату? — спросила Диана, когда направлялась к ванной комнате.
Ей не терпелось снять это тяжёлое платье. А мне — узнать, что под ним.
— Удивлён, что ты раньше этого не сделала, — улыбнулся я своей уже супруге.