Пять вечера, а у нее такое ощущение, что она работает уже как минимум двадцать часов к ряду, – очень сложный выдался день. Масса заездов да к тому же постояльцы как с цепи сорвались: то что-то разобьют, то разольют, то просто знатно насвинячат.
Однако вовсе не обилие работы так сильно ее беспокоило.
Причиной тому был, конечно же, Его Величество Левон.
Кира очень переживала из-за него с самого утра. В голове все крутились брошенные им ей в спину слова: «Ты пожалеешь!»
Сначала подумала – шутит."
"В самом деле, зачем ему так сильно злиться, ведь Кира объяснила ситуацию.
Впрочем, в те короткие полгода, что они провели вместе, Кира и не думала ему отказывать, с радостью шла на близость, получала от этого огромное удовольствие. За все то время можно было пересчитать по пальцам случаи, когда она говорила ему «нет».
Память услужливо подкинула картину того, как он стоял перед ней с распахнутым халатом и демонстрировал силу своего желания.
К обеду настал момент, когда все, о чем она могла думать, был Левон, точнее то, что он мог с ней сделать сегодня утром. Или… сделает? Стоило только представить это, и глаза ее сами собой закатывались в предвкушении. В конце концов, что плохого будет, если они переспят? Все равно ведь это случится сегодня, пусть Кира и планировала романтику на попозже.
Она позвонила ему с предложением:
– Если так сильно хочешь, могу подняться минут на двадцать к тебе в номер, поговорить…
Под словом «поговорить» она подразумевала секс.
Однако он заявил:
– Ну уж нет, женщина, двадцать минут меня не устроят. Ты хотела говорить вечером? И мы будем говорить вечером. Уж поверь, у меня к тебе назрел очень серьезный разговор. А сейчас я занят.
И он бросил трубку.
Занят он, видите ли. Ишь какой занятой, прям почти президент.
Уже обиделся, что ли? Быстро же он – раз не дали, и все, надул губы по полной программе.
Через час Кира ему написала: «Не злись, пожалуйста».
Разве он ответил? Нет!
Еще через час Кира снова ему написала: «Ты что, правда так злишься? Перестань. Я заканчиваю в семь, поднимусь к тебе, и мы все решим».
Однако Левон не ответил даже на это.