Троя. Пепел над морем

Хрисагон прикрылся щитом и медленно попятился назад, пока не вышел из зоны обстрела."

"Я глубоко вздохнул и посмотрел вправо, где команда плотников из Угарита собирала из маркированных частей первый в этом мире таран. Огромная телега с массивными колесами, острое бревно, окованное бронзой, и двускатная крыша, под которой спрячутся двадцать самых крепких воинов. Мы укроем его мокрыми кожами, и тогда сброшенный со стены горшок с углем или камень будет не страшен этому танку древнего мира. Против него научатся сражаться, но сейчас неожиданность на моей стороне.

На сборку тарана уйдет примерно часов шесть. Как раз к полудню управимся. А пока мои таксиархи получат все необходимые вводные. План штурма этого городка я полировал всю зиму.

— Пращники! — заорал родосец Пеллагон, когда услышал сигнал. — Держать стену над воротами! Пятьдесят шагов в каждую сторону! Подходите по три десятка! Залп — дюжина камней, и отход. Десятники, не спать! У чьего воина камней в сумке не хватит, я с того сам гривну сниму! Первая сотня пошла! Чтобы ни одна сволочь не могла башку из-за стены высунуть!

Да, такая тактика здесь тоже непривычна.

Пращники будут атаковать волнами, возвращаясь к берегу, где уже подготовили себе кучи снарядов. Набили сумку и бегом назад, ждать своей очереди. Поток камней в зоне работы тарана будет непрерывным. Не пострелять со стены, которая, вдобавок ко всему, не имеет зубцов. Участь смельчака, который вздумает сделать выстрел, печальна. Только покажись, и тут же в твою сторону полетит рой камней, брошенных умелой рукой.

— Да! — восторженно заорали пращники, когда первая шеренга снесла со стены сразу двух лучников, что посмели было высунуться. Неосторожные гибнут тут же. Вот и эти упали вниз с разбитыми головами. Думаю, больше так легко не будет.

— Кати! — заревел Абарис, и таран с добровольцами, которые получат тройную долю добычи, медленно поехал в гору, напоминая какого-то огромного зверя.

Тут совсем недалеко.

Цитадель Наксоса стоит в трех сотнях шагов от берега, на крутом холме, по которому тянется единственная ниточка узкой дороги. Тут везде селятся так. Берешь гору, чем круче, тем лучше, и забираешься на самый верх. Обычно этого хватает, но богатые цари еще и обносят ее стеной из гигантских каменных блоков, и тогда взять такой город нельзя никак. Только осадой.

Огромные колеса, сколоченные из толстых досок, со скрипом катятся по каменистой дороге.