Троя. Пепел над морем

После пронизанной бедностью тишины родной деревушки здешний шум слепил и бил карийцев по всем чувствам сразу. Тут жили богато, это было видно невооруженным глазом. Одни бабы, лопочущие на незнакомом языке, что ходили стайками и выбирали свежую рыбу прямо в порту, чего стоили. У многих из них золото с камнями в ушах блестело, притягивая к себе жадные взоры голодных мужиков.

— Эти, что ли? — сиятельный Филон, пыхтя, вылез из чудной колесницы, запряженной парой ослов. В ней не стояли, а сидели. И карийцы пялились во все глаза на этакое диво.

Надо же, кресло к колеснице приделал. Совсем обленился толстяк. Десять стадий пройти не хочет.

— Эти, господин, — угодливо склонился Кноссо.

— Семь драхм за каждого, — кивнул Филон.

— Семь драхм! — возопил Кноссо. — Да ты в своем уме, почтенный! Семь драхм за взрослого мужа! Да забери их тогда бесплатно.

— Три года, — укоризненно посмотрел на него Филон. — Через три года их придется отпустить. Такова воля нашего господина. Ты забыл?

— Ах да! — тоскливо опустил плечи Кноссо.

— Не привыкну никак, что рабом можно стать на время. Вот с этим тогда говори! — он ткнул пальцем в Димаса. — Он старший у них.

— Значит, так! — Филон встал перед карийцами, который недобро смотрели на него из-под бровей. — Вас отвезут на остров Серифос. Этот остров пуст, там не осталось ни одного человека. Только такие, как вы, будут жить там. Вам покажут, как рубить породу и как толочь ее в мелкий порошок. Каждый из вас сдает две больших корзины в день, и тогда вас кормят и дают одежду на зиму.

Если вы не сдаете положенное количество руды, то получаете меньше зерна и рыбы. Если вы сдадите больше, чем установлено, то получаете награду. Одежду, зерно или коз. Можете съесть, можете разводить. Дело ваше. Удрать с острова нельзя. Там нет лодок, а вам не дадут ни одного топора. Впрочем, вы можете попытаться. Каждое утро корабль будет привозить зерно и забирать руду. Если недосчитаются хотя бы одного из вас, то остальные получат еще один год отработки. Тот, кто попытается бунтовать, нападет на товарища или откажется работать, будет распят.

— А кто нас распнет, если на острове никого больше нет? — невесело усмехнулся Димас, и остальные карийцы загомонили согласно."

"— Почтенный Кноссо до зимних штормов привезет еще несколько дюжин таких же негодяев, как вы, — пожал плечами Филон. — Они будут следить за вами, а вы за ними. Мы объявим огромную награду за голову каждого бунтовщика, и его поймают собственные товарищи, а потом передадут страже.