Кроме него только Барнабо может поймать живого нарга. А Барнабо из рейса уже давно пришёл. Мы бы знали.
В голове у меня что-то щёлкает. «Барнабо» – вроде я уже слышала это имя. Вспомнить не получается, но оно почему-то вызывает неприятное ощущение, тревожное.
– Давай быстрее, – торопит Нейма.
И мне становится не до воспоминаний.
Узкая юбка униформы не позволяет перейти на нормальный бег.
– Почему не предупредили заранее, – с досадой говорю я. – Надо было в тренировочное одеться. Лекция же была по расписанию.
– Зачем нам тренировочное? К наргу младший курс всё равно никто не подпустит. Хоть бы успеть места занять поближе к арене. Интересно, кого из старших выберут для боя.
Мы всё-таки успеваем, и мы не последние. По ступеням вниз спускаемся уже не одни. И впереди, и позади нас адепты. Все возбуждённо переговариваются. И я сама невольно заражаюсь общим настроением. Лестница заканчивается большой площадкой, освещённой магическими светильниками. И здесь очередь.
Из-за спин других адептов я не вижу, что происходит на входе, но пропускают довольно быстро.
– Руку, – командует мужчина в форме, преграждающий путь к высокой окованной металлом двери.
Ничего не подозревая, я послушно протягиваю кисть, и на ней защёлкивается браслет. Охаю от неожиданности. И дело не в браслете, а в том, что внутри моментально воцаряется пустота. Моя ледяная магия заблокирована так же надёжно, как и огненная.
– Что вы…?"
"Но Нейма подталкивает меня в спину, не позволяя задержаться.
– Нейма, зачем нам перекрыли магию? – спрашиваю я её спину.
Но она лишь отмахивается:
– Так надо, потом объясню. Давай быстрее.
Коридор заканчивается ещё одной окованной металлом дверью.
Снова охранники, на этот раз из адептов. Нейма, идущая впереди, сама протягивает руку с браслетом жилистому блондину.
– Проходи, – говорит он неожиданно низким для его комплекции голосом.
Второй, высокий горбоносый парень с тёмными волосами до плеч, бесцеремонно берёт за руку меня, проверяет, как закреплён блокиратор. Удовлетворённо кивает, но руку не спешит отпускать: поглаживает подушечкой пальца моё запястье.
– Увидимся вечером, рыженькая? – мурлычет он, наклонившись ко мне.
Отшатываюсь. Молча пытаюсь вывернуть из захвата руку.
– Да брось, малышка, я же по-хорошему, – парень неохотно разжимает пальцы.