А, поскольку капитан продолжает сверлить меня глазами, то и адепт оглядывается и тоже бросает на меня недовольный взгляд. Этому-то что не так?
Спасибо Вирке, которая прямо над моей головой взвизгивает:
– Ой, он шевелится.
Внимание всех моментально переключается на приходящего в себя нарга. Змей приподнимает голову, оглядывает скопление людей и издаёт шипящий звук.
– Хорошо, – удовлетворённо заключает Рэйгард. – Сильный зверь попался, может и больше пяти схваток выдержит.
Горбоносый нетерпеливо пританцовывает рядом с капитаном, разминая руки, напрягая и расслабляя мышцы.
Зато у капитана мелькает саркастическая ухмылка на лице, когда он поворачивается к этому адепту. Всего миг, и выражение лица Рэйгарда снова становится серьёзным. Даже странно, что я умудрилась заметить.
– Адепт? – строго окликает горбоносого капитан.
– Адепт Берг, – отвечает старшекурсник, вытягиваясь по струнке.
– Сейчас приведём тренажёр в чувство, и пойдёшь, – говорит ему Рэйгард."
"Снова перевожу взгляд на нарга. Тот, не отрываясь, смотрит в нашу сторону. Скорее всего, на Рэйгарда, захватившего его в плен, и смотрит.
В жёлтых глазах страх? Обречённость? Ведь все животные до определённой степени разумны. Они хорошо помнят тех, кто причинил им зло.
Хаос побери, что за мысли появились в моей голове? Неужели я начинаю жалеть чудовище? Это, потому что капитан назвал его «тренажёром»?
Всем с детства ясно и понятно, что нарг – это злобный и жестокий враг, но нельзя же так цинично.
Но вот эти тренировки начинают мне напоминать изощрённое издевательство над живым существом: оглушить, дать восстановиться, снова оглушить.
– Подкачнуть его надо, – звучит совсем рядом голос Рэйгарда. – А ты куда?
Оглядываюсь, разрывая зрительный контакт с наргом. Сама не заметила, как встала со своего места и подошла вплотную к металлической преграде.
– Что ты почувствовала? – требовательно спрашивает капитан, прищурившись.
– Ничего, – отвечаю я, переводя растерянный взгляд с него на горбоносого Берга, а с Берга на магистра Верна.