– Настю же помыть надо, – напомнила я, пытаясь выглядеть не совсем уж бесполезной.
Мыться моя малышка не очень любила.
– А то я ни разу не мыла ребёнка! – Ба покачала головой. – Лиза, на тебе лица нет. Иди чай попей.
Больше спорить я не стала, послушно вышла из ванной, в которой мне стало слишком душно. Чая не хотелось. Мне ничего не хотелось. Совсем. Хотелось лечь, свернуться в клубочек и спрятать голову под одеяло, как делала я в детстве, когда мне было плохо. Сейчас мне тоже было очень плохо.
Я опять бежала в тумане, спотыкалась, падала, ползла, вставала и старалась найти свою дочь.
– Лиза! Проснись! – Бабуля настойчиво трясла меня за плечо.
– А?
– Проснись.
– Что? Что случилось? – спросила, испуганно глядя на склонившуюся надо мной бабулю, и тут же перевела взгляд на детскую кроватку.
– Ты кричала во сне, – ответила ба. – Снова кошмар?
– Да. – Я потёрла влажный лоб. – Прости, что разбудила… – Опустила ноги на пол и натянула одеяло на плечи.
– Ты не заболела? – Тёплая рука коснулась моего лба.
– Нет. – Я поёжилась, стряхивая с себя остатки сна. – Просто плохой сон, ба.
Бабуля уснула. Я слушала её мерное дыхание, и понимала, что сама больше не усну. Сгребла ноутбук и, как была, закутанная в одеяло, прошлёпала на кухню.
Немного поправила последнюю работу и, оставшись довольной результатом, отправила клиенту на согласование мелких деталей. Посмотрела, кто шёл следующим по списку, предварительно сверив «горящие» заказы, которые ужасно не любила, несмотря на то, что оплата на них была значительно выше за срочность. Мне не всегда удавалось добиться желаемого результата за отведённое время, и поэтому я стала даже отказывать, ссылаясь именно на этот фактор.
"«Горящих срочников», к счастью, не оказалось, и я спокойно начала подбирать образцы для следующего клиента. Поискав подходящие под описание варианты, отправила их заказчику. Встала, чтобы включить электрический чайник, который уже давно перекочевал да другой стол, подальше от шаловливых ручек Насти, как раздался звуковой сигнал о входящем сообщении.