Ударная группа в составе четырех «Яков» снижается и отражает все атаки вражеских истребителей. Воздушный бой заканчивается победой наших летчиков. Противник потерял два самолета. Наша группа потерь не имела… А теперь берем наших лошадок! Группа старшего лейтенанта Засохина имитирует немецкие истребители численностью восемь самолетов…
– За немцев воюем? – послышался чей-то жестко-насмешливый голос."
"Артем невольно вздрогнул. Повернулся на звук. И летчики были ошарашены не меньше, чем он. И расступались, пропуская к нему подполковника госбезопасности, за которым шли два генерала и свита старших офицеров.
Раньше старший майор госбезопасности соответствовал воинскому званию «комдив» или «генерал-майор». А сейчас подполковник госбезопасности армейскому подполковнику и соответствовал.
Подполковник понял, что рапортовать ему не будут. Отошел в сторону. Артем направился к заместителю командующего:
– Товарищ генерал-майор, личный состав вверенной мне эскадрильи проводит занятие по тактической подготовке. Командир эскадрильи младший лейтенант Гудимов…
– Вольно… – вяло махнул рукой генерал.
Молча обогнул Артема, подошел к плакату.
– За немцев, значит, воюете? – ехидно переспросил он.
– Кто-то же должен имитировать действия противника…
Артем чувствовал, как холодок под лопаткой превращается в холод, заполняет грудь, опускается в желудок. Он прекрасно понимал, что в его положении встреча с особистом ничем хорошим закончиться не может…
– Подполковник, оставьте товарища Гудимова в покое, – сказал замкомандарма.
Он подошел к столу с конспектами, открыл один, с интересом пролистал. Комдив взял другую тетрадку. Тоже с интересом…
– Все нормально, товарищ Гудимов, все хорошо, – успокаивая, подмигнул ему особист. И для приличия тоже глянул на схему и на конспект. Даже вывод сделал: – Документы засекречены, охрана обеспечена… Все хорошо…
Артем обратил внимание, что его не называют по званию. Что бы это значило… Подполковник Зверев держался в стороне.