Неприятель стремительно приближается, сейчас он начнет стрелять. Не очень вдохновляющее зрелище – смотреть, как трассирующие пули летят тебе в лицо…
Но рука его не дрогнула. Он уверенно навел самолет на цель. И начал стрелять одновременно с вражеским летчиком. Одна пуля ударила в козырек, пробила его насквозь, но Артема, к счастью, не задела. Вторая отщипнула кусок обшивки фюзеляжа. Враг пронесся мимо. Не было заметно, что Артем нанес ему существенные повреждения.
Артем развернулся. И англичанин тоже должен совершить тот же маневр.
Артем оставался в воздухе один. Но был еще один самолет. Машина Генки Хоботова. Тот не стал выбрасываться с парашютом, а ухитрился посадить горящую машину.
Его истребитель горел, но не взрывался. Возможно, Генка Хоботов где-то неподалеку. А вокруг враги… Артем снижался, чтобы на бреющем осмотреть место посадки.
Снижаясь, он заметил подозрительно движение в полосе редкого леса, откуда можно было прямиком выйти к месту вынужденной посадки. Неужто финская пехота?.. На бреющем он прошел над самолетом. Генка находился в кабине. Может, он ранен и у него сил нет выбраться из машины?"
"Артем сделал второй круг. Пошел на снижение, погасил скорость, выпустил лыжи. Судя по всему, снежный покров позволял сесть на шасси.
Сел удачно. Выбрался из кабины, бросился к Хоботову.
Генка был в сознании. Но, как говорится, ни бэ, ни мэ. Может, ему мозги отшибло… Впрочем, некогда было гадать, что да как. Артем через силу вытащил его из кабины, вместе с ним упал на снег, кое-как дотащил его до своего самолета. Генка уже стал кое-что соображать. Взобрались на крыло. Что делать дальше, Артем не знал. Кабина слишком маленькая, чтобы вместить двоих. Может, привязать Генку к крылу? Машина сильная, потянет двоих.
– Там… Смотри… – пробормотал Генка.
Артем бросил взгляд в сторону, куда он смотрел, и увидел цепочку одетых в гражданское, но вооруженных людей. Финские егеря или добровольцы. Но кто бы это ни был, добра от этих людей ждать не приходилось. Тем более что уже послышались первые выстрелы.
– Генка, мать твою, держись! – крикнул Артем.
Хоботов лег на нижнее крыло, изо всех сил вцепился в опорную стойку.