Места, где бы хранились его запасы, попросту нет… Я уже составила список того, что необходимо закупить. И это еще не заглядывала в кладовую, не проверяла провиант. В комнатах тоже следовало бы провести инвентаризацию. Какие-то предметы обновить при помощи магии, какие-то выбросить.
Дворецкий выслушал меня спокойно. Хотя бы не бросился спорить. Воспользовался заваренным мной чаем, добавил воды. Интересно, он и такую жидкость употребляет? И что насчет пищи?
— Мы не можем обследовать Люка. Опросили его соседа по комнате и других лакеев, — вполне миролюбиво вздохнул он.
Первый раз на моей памяти он не старался меня поддеть отдельно взятой тирадой. Это прогресс, и надо ковать железо, пока не опомнился:
— Люк сказал мне, что уволился и что герцог ему больше не страшен.
Перес пил медленным глотками, что очень отличало его от того же Выша. Вообще дворецкий напоминал аристократа сильнее, чем все титулованные демоны, с которыми мне доводилось общаться до появления в Сноу-Лодже.
Но герцог Конвей, разумеется, вне конкуренции. Если из Переса вышел бы дворянин напыщенный, то его господин отличался прирожденной и от того куда более естественной самоуверенностью.
— Никто в доме об этом и не подозревал. За полчаса до нападения он написал бумагу, завизировал ее кровью, отчего она сразу отправилась к герцогу, и ушел на кухню, а оттуда — по всем кладовым.
Под взглядом вампира всегда неуютно, а тут меня даже озноб пробрал. Значит, Люк искал меня. Специально преследовал. Это не совпадение, что в той коморке…
— Ох, за разговорами, я не предупредил, что к вам явилась подруга. Особа специфического толка. И это возмутительно. Вот-вот прибудут гости.
Я не стала реагировать, а понеслась в сторону холла. Перес прав. Как прислуга, я не имела права принимать гостей, но с Конвеем мы этот момент не обговаривали. И что за «неподобающая особа», в общем, тоже понятно…
Внизу напротив зеркала крутилась Лорана, поворачиваясь то левым, то правым боком.