Еще один сверхнасыщенный день подходил к концу.
— Здесь как будто все двойное. Ненастоящее. Тебя одновременно пытаются устранить физически и в то же время требуют принести ценнейший артефакт. Одно с другим не бьется… Сначала нападает Люк, потом бесится Роза. Хотя воздействовать на нее, после того как стало известно о твой защите, уже не было смысла. При этом как ведете себя шантажист?
Я доедала сэндвич на шпажке и боролась с зевотой. Выш крайне обидчивый, мне оставалось только кивать ему в такт.
— Он не обратил на смерть лакея внимания или просто не знал, — предположила я.
— Точно, — на меня посмотрели как на лучшую ученицу в классе. — Однако в «Лепестках» все в точности до наоборот. Автор писем торопится присоединиться к погрому. А мы даже не уверены, одно ли это лицо или нет — и в курсе ли напавшие на клуб, что шантажист существует. Тем не менее, по словам Лоры, письмо нашли в твоей спальне сразу, как только обнаружили все остальные следы налета. Тем самым наш аноним показывает, что он близок тебе по двум адресам.
Мы оба удрученно замолчали. То, что поначалу Филипп и Джерард приняли в бывшем борделе за разминку перед погромом, — то есть бардак, устроенный на первом этаже, — оказалось частью ритуала с куклой. Необходимо было собрать вещи, к которым я прикасалась в разное время, и расположить их в строгой последовательности. От этого марионетка в спальне, после того как ее вспороли тесаком, должна была биться в конвульсиях — а с ней и настоящая я."
"— Вам повезло, что защита мэра стоит, как родная.
Выш тоже отметил, что Конвей до сих пор отсутствовал. Я попрощалась с лепреконом, клятвенно пообещав, что не стану открывать без него ни одно письмо шантажиста. Если, конечно, продолжу их получать. Впрочем, в последнем не сомневались ни я, ни бес.
— Я завтра постараюсь разузнать еще больше. Но пока все идет к тому, что придется сдаться на милость Конвея, —заключилон.
Надеюсь, мне удалось скрыть разочарование. Если уже Выш не видел другого выхода...
Лепрекон взял с меня еще одно обещание — я согласилась не выходить за пределы Сноу-Лоджа, не предупредив его об этом.
Время неумолимо ползло к полуночи. Бес открыл дверь и растворился в тенях, которые отбрасывала балюстрада. С непривычной для себя тщательностью минут десять после его ухода наматывала нити амулетов на косяк.