Одну из них точно звали Гортензия. Среди лакеев четверо показались мне чистокровными бесами. Причем Джерард, которого Сноу посылал за мной неоднократно, выглядел самым спокойным.
— Мы обязательно побеседуем, Вышеслав. Сын на этой неделе уедет в школу. И я бы предпочел, чтобы в моем доме иномирные словечки звучали как можно реже. Какая еще команда? — проворчал Конвей. — Но идея ввести мисс Вустер в курс дела мне нравится.
Мне он ни разу не делал подобных замечаний. И почему-то предпочел умолчать, что официально я так и не нанята.
"— Пап, ну, что ты? Команда — это из спорта. Мы с Вышем в бельвю буквально размазали Лероя с его мордоворотом. Он взял с собой орка и думал, что выиграл! Потом приехал его отец, но мы снова победили. Потом Выш показал нам одну игру, где надо было прятаться, а затем атаковать…
Перес дал знак остальным расходиться, но сам остался и что-то шепнул Конвею.
— Пап, я не хочу ни в какую школу. Не в этом году. Обещаю не пропускать занятия, вот Выш будет ездить со мной к учителям.
— Это говорит мальчик, из-за которого я запачкал золой выходной сюртук не далее как сегодня днем, — напомнил отец, но в его голосе не наблюдалось той строгости, которая, на мой взгляд, необходима в запущенных случаях.
Дворецкий неведомым образом оказался за правым плечом мальчика, Выш так и стоял за левым. И все трое почему-то переводили взгляд с Конвея на меня, как будто мое мнение тоже имело значение.
— Ну, пожалуйста! У меня аллергия на закрытые учебные заведения, а у них — аллергия на меня. Социализацию необходимо начинать с малого, с родного дома. Так сказал директор Томбот, когда отправлял меня сюда.
— Жаль, что, когда я приехал за тобой, этот достойный педагог слег с приступом подагры, — герцог излишне глубоко вздохнул. — Это похоже на какой-то сговор. Директор Питерс, которого я ждал этим вечером, уехал на похороны бабушки, а исполняющий обязанности директора другой школы известил, что его присутствие срочно понадобилось в иной части Бездны.
То есть сегодняшний обед не состоится. Единственная хорошая новость за весь день. И Френсис полностью разделял мой энтузиазм:
— Папочка, пусть их. Я поживу дома, ты обещал мне лошадь, помнишь? С леди Джейн мы поладим, а если я сорвусь, то буду отжиматься на заднем дворе до седьмого пота.
Последнее не предвещало мне ничего хорошего.