На нем лежит маленький худенький мальчик с льняными, давно не стриженными волосами и острыми коленками. Из окна без штор на него светит густой лунный свет, придавая лицу синеватый нездоровый оттенок.
Вцепившись в одеяло, мальчик прислушивается к звукам в доме. Шаги. Тихие чужие шаги. Сначала он думал, что это монстры вылезли из-под кровати и ходят по их с мамой дому, ищут людей, чтобы забрать. Что монстры делают с людьми, мальчик не знает – наверняка что-то страшное – и дрожит от ужаса. А потом он слышит голос – мужской, человеческий, тихий.
Несмотря на страх, мальчик встает с дивана и на цыпочках идет к двери. Он приоткрывает дверь своей комнаты и видит большую черную тень, которая ходит туда-сюда.
– Я ее убил, – нервно говорит тень кому-то по телефону. – Случайно грохнул эту шлюху. Просто ударил по морде, а она неудачно упала и пробила себе голову. Что теперь делать? Что делать? Что со мной будет?
Тень не знает, что мальчик ее видит.
– Нет, свидетелей нет, – отрывисто говорит тень, продолжая мерить комнату шагами. – Мы были вдвоем. Что говоришь? Отпечатки? Сейчас сделаю. Но, если что, ты прикроешь меня, понял? Один я тонуть не буду, заберу всех. Я не нервничаю! Просто зол.
Тень достает салфетки и лихорадочно начинает протирать все вокруг, будто решила убраться, а затем, осмотревшись, но так и не заметив мальчика, наблюдающего за ней через щелку, выскальзывает из квартиры.
Мальчик выбегает из своей комнаты и через гостиную бежит в комнату мамы. Она спит на полу, с пробитой головой, вся в крови, почти без одежды, неподвижная и все еще теплая. Мальчик кидается к ней и обнимает, пачкаясь в крови.
– Мама, – говорит он тонким голосом, – мама, тень ушла! Мама, вставай!
Но она не просыпается. И тогда мальчик начинает плакать.
– Мамочка, открой глазки, мамочка, очнись! просит он ее, но все тщетно.
Мальчик лежит рядом с остывающим телом, перестав замечать запах крови. Он то плачет, то замолкает, проваливаясь в беспамятство, то снова кричит. Днем взрослые, слышавшие его крики, вскрывают квартиру.