– Па! Клюсь! – кричала она, вызывая недоумение в брате мужа.
И тут до меня дошло. Она же подумала, что перед ней ее папа. Внешнее сходство запутало ребенка, и теперь она подбежала к нему и тянула ручки.
– Она думает, что ты – Карим.
– Правда? – Амир присел на корточки, взял Ди за маленькую ручку. – Я твой дядя.
– Дя? – повторила кнопка новое слово и взглянула на меня. – Па?
Малышка плохо спала в последнее время. Конечно же, все дети были шокированы происшествием. Кто-то мог погибнуть! Водитель уверял, что у фургона отказали тормоза.
Как фургон оказался на площадке, где играли дети? Это случайность?
Слава богу, что Карим увидел опасность и предотвратил катастрофу.
Возможно, ценой своей жизни.
– Папа придет, – соврала я со слезами на глазах, прижимая к себе дочку. – А ты не бегай по лесенке, зайка, хорошо? Мама же тебе говорила? Можно упасть и пораниться.
Едва я сказала эти слова, как пожалела. У дочки задергалась нижняя губа, личико скуксилось. Она точно вспомнила инцидент на дне рождения и лежащего на земле папу под колесами большой машины.
– Па… – всхлипнула она дрожащим голоском, разрывая мне сердце.
Амир взглянул на меня. Его темные глаза продолжали молить меня о невозможном.
– Я подумаю, – шепнула я ему, вставая, он тоже поднялся.
Диана притулилась у меня на плече, я покачивала ее и смотрела на брата мужа.
– А как же ваши дела, компания? – поинтересовалась я, желая знать, что происходит за пределами моей реальности. – Вы сделали всё, что хотели?
– Как видишь.
Когда-то семья новой жены моего мужа, Асхатовы, подставила Амира и обвинила того в убийстве. Они потребовали, чтобы Карим женился на их дочери Диляре, а я не смогла принять наличие второй жены и ушла, подала на развод. Весь этот год мы с Каримом не общались, у него была новая жена и новая жизнь, но оказалось, что он затаился и вот спустя время отомстил Асхатовым.
Доказал, что то убийство совершил не Амир, а глава Асхатовых, отец Диляры.
Единственная, кто выбрался сухой из воды, это Диляра, жена моего бывшего мужа.
Вот кто сыграл несчастную жертву обстоятельств. Страдающую беременную у смертельного одра мужа. Кто бы не пожалел ее? Семья опозорена. Муж умирает.
Она всё еще его жена.