Солдаты в камуфляже – одни на борту под брезентом, другие орошают землю под правыми колесами, а третьи, что стоят возле кабины, завороженно наблюдают за занимательным зрелищем – размалеванной девушкой в белом парике. Она то боком к ним повернется, изогнув спину и запрокинув голову, то положит руки на бедра и качнет задом. Позирует она солдатам, издевается над ними: знает, что они слюной исходят.
Можно было принять ее за сумасшедшую, если бы не до предела короткая юбка из красного латекса, белые чулки в крупную сетку, сбитые полусапожки на высоченном каблуке.
И среди дорожных проституток иногда попадались довольно-таки симпатичные особи. А эта чуть ли не красавица на общем фоне. Такой бы на Ленинградке стоять, а она тут прозябает. Глаза большие, черты лица правильные, хотя и несколько грубоватые, очаровательный носик, большие, четко очерченные губы. И фигурка из лучших природных каталогов, ноги сильные, длинные.
Он подъехал вплотную к ней, остановил машину, а дверь она открыла сама. Нагнулась и задницей из стороны в сторону водит. На Марка смотрит, а сама о солдатиках еще думает.
– Покатаемся? – небрежно спросил он.
– Легко.
С улыбкой до ушей она впорхнула в салон, закрыла за собой дверь.
– Клевый у тебя «бумер».
Голос у нее тонкий, захлебывающийся, отчего гласные задыхались в ее словах.
– «Урал» круче, – усмехнулся он, кивком головы показав за правое плечо.
– Бедные ребятки.
– У этих ребяток шомпола есть; как начистят со всех сторон, сиять будешь дальше, чем видишь.
– Напугал бабу мужиком! – хмыкнула она. – Я к этому делу привычная.
– Проститутка?
– А то ты не понял.
– А удостоверение есть?
– Ну, в общем-то, есть. Под юбкой. Можешь полистать. Одна ярославская за два часа, и листай сколько угодно.
– Может, лучше сто бакинских до утра? Ночь на носу, холодно, дождь вот-вот пойдет, а у меня дома тепло.
– Не надо меня уговаривать, согласна я. Курить можно?
– Смотря что.
– Что я, дура, травку с собой таскать? Менты возьмут, так потом на толпу раскурят, что с четверенек не встанешь.
Девушка достала из сумочки тонкую сигарету, щелкнула зажигалкой, с удовольствием затянулась и расслабленно развалилась в кресле, раздвинув длинные, согнутые в коленях ноги.