– Куда?
– Да хоть на край света!
– На краю света нет роддомов. А тебе, я так понимаю, скоро рожать...
– Да, скоро, недели через две, может, через три.
– Две недели. Всего две недели, – в гнетущем раздумье повторил он.
И у нее две недели, и ему дали столько же. Он должен был ее убить до того, как она родит. И ее убить, и ребенка. Но как об этом ей сказать? Она должна знать, что ее приговорили к смерти. Но не говорить же ей, что именно он и должен исполнить заказ. Если Настя об этом узнает, она поймет, кто убил ее отца.
– Да, две недели, а что? – Она непонимающе смотрела на него.
– Ничего... Ты вступила в наследство?
– Тебя это интересует? – с укоризной спросила она.
– Мне твое наследство не нужно, но мне нужно знать, как ты жила.
– Как жила? Так же, как и сейчас. Плохо. Отца нет, одна только Инга осталась. А вокруг одни проходимцы...
– Кто, например?
– Мой муж.
– Давно ты замужем?
– Нет, в конце апреля вышла. Мы с ним даже ни разу не спали.
– Чего так?
– Не люблю я его, – пожала плечами Настя.
– Как ты его чувствуешь? В чем это проявляется? Тебе кто-то угрожает? – осторожно спрашивал Марк.
– Да нет.
– Леша твой откуда взялся?
– Не мой он. А взялся откуда. Инга его посоветовала. Сначала на нефтяной терминал назначить, а потом замуж...
– Твой терминал?
– Нет. У меня только акции. И у меня, и у Инги. Отец так поделил. Но у меня лишь акции, а Инга там первый человек. Бизнес для нее как море для акулы – ей нравится этим заниматься. А мне это даром не надо... Но чтобы Лешу директором поставить, мое согласие тоже нужно было. Я согласилась. А он, сволочь.
– О чем?
– Да так, забудь.
– Если с тобой вдруг что-то случится, кто унаследует твое состояние?
– Я как-то не думала об этом, а что?
– Да так, просто интересно.
– Может, ты сам хочешь быть на месте Леши? – возмущенно спросила она.
– Я и так на его месте. Я – отец твоего ребенка. Был он, а стал я или нет?
– Но тебе же деньги мои нужны?
– Отлично. Отца твоего нет, царствие ему небесное, так ты сама давай себя накручивай.