Нас хотели успокоить и бросить кость. Чтобы соблазн ценой своей жизни уничтожить кого-то из врагов, был меньше.
Сначала я посмотрел на него с определённым недоумением. Но уже через секунду понял, о чём идёт речь.
— Они лишь пообещали, что не станут вредить роду Маховых или убивать кого-то из числа его членов, верно? А император гарантировал, что сделает своим личным врагом любого, кто посягнёт на ваши жизни?
Георгий мрачно улыбнулся и кивнул.
— Вот видишь. До тебя дошла суть. Как только угроза мести со стороны Рюриковичей исчезнет, нас начнут убивать.
На ум сразу же пришли клятвы. Формально их обязаны соблюдать только те фамилии, чьи главы заверили договор. Плюс, их вассалы. Но как тогда потенциальные союзники станут обозначать свои заслуги, если не смогут даже рассказать о них? Или вассалитет не обязывает следовать клятвам сюзерена?
Вопрос сам просился наружу, но он бы с головой выдал мою неосведомлённость.
— Но вы всё ещё представляете угрозу. Тот удар, о котором ты говорил, это неплохой сдерживающий инструмент.
Махов поднялся на ноги и прошёлся по комнате. Замер на месте, смотря в широкое окно гостиной, на стекле которого мерцала тонкая плёнка защитного барьера.
— Представляем. Для подобного нужны, минимум, пятеро Маховых. И нам понадобится хотя бы один из старших родовых перстней. В идеале, конечно, родовой алтарь. Но туда точно не пробиться. У нас даже формального главы рода нет. А все перстни и артефакты изъяты канцелярией.
У меня была масса вопросов по поводу всей этой лихо закрученной бюрократический интриги. Опыт подсказывал, что либо в ней можно отыскать слабое звено, либо просто обрушить на узел клинок и одним ударом разрешить все проблемы.
Но прямо сейчас, куда больше меня интересовал иной момент.
— Ты так и не сказал, в чём именно заключается ваша сила.
Смертный с усмешкой развёл руками.