В голове слышался возмущённый клёкот Сандала — ястреб уже провёл собственную проверку и выяснил, что около половины орудий защищены щитами, через которые ему не пробиться. Остальные он вывести из строя мог, но оставшихся с лихвой хватало, чтобы пустить нашу эскадру ко дну.
Тем более, я даже через ястреба чувствовал мощный энергетический фон, который исходил от снарядов береговой артиллерии. Рискну предположить, за некоторые из них заплатили попросту безумные суммы.
К борту подошёл Ярослав Шилов, возглавляющий «Обских Медведей».
— Всё по плану? Никаких изменений?
Я утвердительно кивнул.
— Работаем по схемам, которые утвердили вчера.
Тот ещё какое-то время молча постоял рядом, рассматривая меня со смесью интереса и опаски. Потом, так же ничего не говоря, развернулся и пошёл назад.
Командиру наёмников не нравилось, что захват цитадели был доверен не его отряду. Думаю, в других условиях, он был бы этому крайне рад. По той причине, что его людям не придётся проливать свою кровь и нести потери, сражаясь за самое укреплённое место в городе.
Проблема была в том, что формально за штурм крепости, которую Лецзюнь превратили в свою основную опору, отвечал отряд Мориан. Понятное дело, опытный офицер осознавал — небольшая группа лёгкой пехоты никогда не возьмёт твердыню, в которой только собственного гарнизона не меньше тысячи человек. А рядом ещё и казармы, в которых, как минимум, столько же. И против них всех — семьдесят с небольшим солдат.
Точно так же, он прекрасно понимал, что взятие цитадели я собираюсь обеспечить иными методами.
Задачами самих «Медведей» был прорыв обороны порта и последующий бросок к стенам Пусана, с тем, чтобы перехватить три точки выхода из города.
Толстые, укреплённые артефактами и насыщенные артиллерией стены, могли долго держать внешнюю осаду. Но не были приспособлены для защиты от полноценного удара изнутри.
"К тому, что со стороны города ударят танки и подойдёт обученная пехота, прекрасно знающая, как именно вскрывать подобные укрепление изнутри, никто из правителей города не готовился.