А вот личность человека, который всё устроил, заставила изумиться.
Патриций, тесно связанный с Волконскими. Человек, у которого неплохой контакт с княжной. Житель столицы, в конце концов. За которым я не заметил ничего подозрительного. А теперь он неведомым образом оказался в Пусане и открыл портал в Пробой внутри моей крепости.
Я бы понял, окажись на его месте Чернокровый или Хранитель. Был готов к удару Лецзюнь или правящего дома Чосона. Не удивился бы интригам со стороны корейской аристократии, под носом которой одни иноземцы отобрали лакомый кусок полуострова у других иноземцев, не оставив даже шанса вмешаться.
Но виконт Элье не вписывался ни в одну из логических схем, которые по привычке выстраивал мой разум, оценивая ситуацию. Оттого я и был настолько сильно удивлён.
А по мере того, как просматривал картинку, зафиксированную энергетическими конструктами, внутри появлялась ещё и толика разочарования.
Всё, что сделал Элье после покушения — добрался до Ульсана, что располагался километрах в семидесяти отсюда и был разделён между двумя корейскими кланами.
В процессе виконт отправил несколько сообщений с дарфона, ведя переписку, но прочитать текст не вышло. Защита устройства-артефакта была настолько хороша, что сработала даже в данном случае — текст просто размывался перед глазами, превращаясь в одно сплошное пятно.
"Потом прошёлся по городу, купил себе билет на корабль до Циньдао с отправлением через полчаса и снял номер в гостинице. Именно в её номере и нашли его труп. А прямо сейчас мёртвого патриция везли в морг на вскрытие.
Маскировка уже спала. Вернее, её снял местный Одарённый, которого вызвали на место преступления полицейские. Им показалось странным, что при касании, кожа убитого идёт рябью, а если провести пальцами по лицу, то черты последнего размываются.
Как итог — тело северного варвара, который маскировался под их соплеменника, сейчас везли для изучения к специалистам того клана, на чьей земле всё случилось.
Элье ничего не ел и не пил. С ним контактировало всего несколько человек, ни один из которых не причинил патрицию вреда. Никаких незаметных уколов или чего-то подобного.
Воздействие при помощи печати или обычного плетения, мои энергоконструкты тоже бы обнаружили. Оставался только Дар.