Всем, кому должна, – прощаю, или От любви страховки нет!

– Что же ты не спишь, Богдан, – пробурчал он и пошел из детской.

Я незримой тенью последовала за ним в зал.

– Люда, – потряс он за плечо спящую жену.

– Отстань, дай поспать, – огрызнулась она, натягивая на голову одеяло.

– Люда, сына покорми! – требовательно произнес Эдик, стягивая с нее одеяло.

– Я сцедила молоко, сам покорми! – не открывая глаз, морщась от крика, ответила Люда. – Унеси его, дай поспать!

– Мне на работу вставать, я тоже спать хочу. Дай грудь, быстрее будет, не надо молоко греть.

– Я спать хочу! – завизжала Людочка.

Ребенок от ее крика пуще прежнего зашелся.

– Ты чего орешь, дура! – набросился на нее Эдик, укачивая малыша.

Раньше он с ней в таком тоне не разговаривал.

– Я день с ним, могу хоть ночью поспать? – соизволила его жена открыть глаза.

– А я работаю, и живем мы на мою зарплату! Хочешь, чтобы меня уволили? Корми давай!

Он сунул к ней под бок ребенка.

Людочка нехотя спустила лямку рубашки, обнажила грудь и приложила к ней младенца.

– Иногда мне кажется, что твоя маразматичка специально сдохла, чтобы нам насолить!

– Не смей так говорить о моей матери! – вскинулся сын.

Неожиданно. И даже приятно стало. Ненадолго.

– Если бы ты не пилила меня насчет квартиры, то она была бы жива. И пенсия ее капала бы, и помогала бы нам с ребенком, и на похороны тратиться не пришлось бы.

– Закопал бы в лесу, и все, – пренебрежительно фыркнула Людочка, дернув плечом.

От движения сосок выскользнул изо рта младенца, тот обиженно запищал. Люда раздраженно сунула его обратно, и ребенок зачмокал.

Мне стало понятно, от кого Эдик наслушался про лес, когда кричал мне в пылу ссоры, что закопает как собаку. В душе поднялась горечь, и тени словно сгустились, надвигаясь из углов к кровати и стоящему сыну.

– Умная сильно? – зло зашипел Эдик. – Мне бабка бы этого никогда не простила. Родственники из деревни понаехали, нужно было сделать все по-людски. Бабка мне и раньше говорила, что дом отпишет, потому что не прогуляю наследство как другие детки.

Она меня самым путевым считает, а на родню остальную злится. На похоронах пообещала, что сделает это, чтобы и ее достойно похоронил. Так что, когда в следующий раз в деревню поедем, нос сильно не криви. Нужно узнать, отписала ли, а если нет, нотариуса привезти, чтобы все оформить.

Ого! Для меня стало откровением, что Эдик общается с бабкой. Я со всеми прервала отношения. Сначала меня вся родня осудила из-за развода и не хотела видеть.