Только непонятно, откуда взялось, он вроде бы не заказывал. Или заказывал? Последние недели частично стерлись из памяти.
Новое удобное кресло – это в любом случае хорошо.
Однако из плюсов это, пожалуй, единственный.
С самого утра Давид мучился внезапно свалившейся на него трезвостью. Левая рука побаливала в районе сгиба, слишком много капельниц ему вчера поставили. Галстук давил как удавка. Он то и дело поправлял его, ослаблял. В рубашке было то жарко, то холодно. Жизнь казалась бессмысленной.
Врач предупредил, что недомогание – это нормальная реакция организма после всего выпитого.
Впрочем, Давид был этому недомоганию даже рад. Что угодно лучше, чем бесконечно прокручивать в голове тот звездец, которым закончился его брак. Или вчерашнюю картину: Гаяне перед ним на коленях.
Бедная сестра! Сколько же она из-за него пережила, как волновалась… У Давида вчера аж глаза открылись на собственный эгоизм и инфантильность. Он в семье старший, тем более мужчина. Он должен быть сильным. Он, не Гаяне.
На столе перед Давидом стоял открытый ноутбук.
Немного подрагивающими руками вставил сим-карту в новый телефон. Больше недели не проверял сообщения и звонки, ведь в бункере не было связи. Наверняка ему успел позвонить тысяча и один человек.
И действительно, как только включил аппарат, на него, как из рога изобилия, посыпались сообщения о звонках.
Давид стал листать список сообщений. Большинство из них было с работы, звонили также журналюги. Все не терпелось получить от него горячее интервью, которое он никогда не даст.
Были и незнакомые номера.
Давид хотел все незнакомые удалить, чтобы не мельтешили. Однако в последний момент решил проверить, вдруг что-то важное. На пятом сообщении ему надоело. Стал проверять не все подряд, а выборочно, остальные удалял.
Лоб покрылся испариной, руки задрожали, во рту пересохло, как будто не выпил только что целый стакан воды.
Взгляд снова и снова бегал по короткому сообщению: «Это Яна».
Яна, мать ее так! С нового номера. Она посмела ему писать? Обалдела, что ли?
Он сжал кулак, шумно вздохнул, еле поборол желание разбить очередной телефон. Мысленно досчитал до десяти и удалил сообщение. Вот так просто – раз и нет.