Я же вижу, он ходит мрачнее тучи. Все из-за тебя…
– С этим можно поспорить, – хмыкнула Яна.
– С чем поспорить? Что он страдает, а ты упиваешься его страданиями? – сверкнула глазами сестра Давида.
– Я ничем не упиваюсь, Гаяне! – развела руками Яна.
– Упиваешься, еще как! – Гаяне ткнула в нее пальцем. – Ходишь как тень, делаешь вид, что Давид в этом доме не живет. Что такого ужасного он тебе сделал, что ты на него так дуешься? Он просто развелся с неверной женой, но при первом же сомнении бросился разбираться и вернул тебя в дом.
Ах вот оно что… Его величество облагодетельствовал сиротку, а она не пала за это ниц. Непорядок.
– За что благодарна? – фыркнула Яна. – За то, что он забрал мою квартиру? А он забрал и незаконно ее продал, хотя не имел никакого права!
По глазам Гаяне Яна поняла – та в курсе дела по поводу квартиры. Ее слова ничуть не смутили сестру Давида. Даже наоборот, будто разозлили.
– Зачем тебе та однушка, когда брат поселил тебя здесь?! Условия жизни даже сравнивать не стоит.
Последнее высказывание подействовало на Яну, как красная тряпка на быка. Она сжала губы, смерила Гаяне гневным взглядом и строго проговорила:
– Я сама разберусь, какие условия мне нужны, а какие нет, а также когда и с кем мне мириться.
– Яна, ты неправа… – зацокала языком Гаяне. – Такие мужчины, как мой брат, на дороге не валяются. Он так ухаживает за тобой, так старается с тобой помириться…
– Гаяне, ты серьезно? – воскликнула Яна разведя руками.
– О, я бы простила! – с чувством заявила она. – Он помчался за тобой в другую страну! Чтобы любить тебя! А ты не ценишь, отвергаешь…"
"В этот момент Яна вспомнила тот ужасный день, когда Давид выбил дверь в номере мотеля в Нью-Йорке, а потом высадил дверь в ванной. Помнила также, как прижал ее к стене и стал кусать… Да так яростно кусал, что ей казалось – прокусит кожу! Она тогда чуть не умерла от страха, была уверена, что он ее изнасилует.
Яна не знала, зачем бывший муж приехал в Америку, но любовь в его списке явно не значилась.
– Гаяне, – воскликнула Яна зло, – заведи себе мужчину и разбирайся с ним сколько душе угодно, а ко мне в душу не лезь!
На этом она развернулась и ушла к себе.
А все же в голове застрял вопрос: зачем Давид поехал в Америку? Ведь не знал, что беременна. Тогда какова причина? Она не спросила, а он не сказал.
Глава 55.