Она открыла глаза.
Воздвиженский приподнял пробку пузырька, чтобы немедля оказать помощь. Помощь не требовалась. Лидия Павловна смотрела на тело и не думала падать в обморок. Казалось, мадам больше удивлена, чем напугана.
– Боже мой, – наконец проговорила она, схватившись за лицо. – Это мой муж… Это Макар Иванович…
– Подтверждаете, мадам? – Пристав сохранял служебное спокойствие.
– Да, да… Это он…
– Тогда оформляем протокол опознания… Прошу проследовать со мной в приемную часть, мадам, для составления документа по форме…
Закрыв лицо ладонями, Лидия Павловна выбежала во двор.
Носкову потребовалась некоторая внутренняя борьба, чтобы признать очевидное.
– Ничего не понимаю, – сказал он.
– Все очевидно, Михаил Николаевич, – ответил Пушкин.
– Что очевидно? Это ведь тот утопленник, которого артельщики убили…
– Артельщики вытащили тело из проруби. Мадам Алабьева подтвердила: ее муж.
– А кто же тот, – пристав мотнул головой в сторону стеллажей.
– Не ее муж. Похож на Алабьева… Не забудьте вернуть вдове связку ключей. Ей может пригодиться: вдруг в сейфе найдутся не только деньги.
– А что же еще?
– Самое ценное: бумаги. Например, завещание…
Лидия Павловна подписала протокол не глядя. Чтобы скорее покинуть участок. Но уйти ей не дали. Выразив соболезнования, Пушкин просил уделить ему минуту.
– Понимаю ваше горе, мадам, – сказал он. – Вам предстоят трудные дни: хоронить не только падчерицу, но и мужа. Затем оглашение завещания…
– Мне это известно… Что вы хотите?
– Вы делали заявление: некая баронесса фон Шталь угрожает вашей жизни…
Мадам Алабьева брезгливо скривила губы.
– Какое это имеет значение… Я потеряла мужа…"
"– Тем не менее проведен розыск. Оказалось, что на баронессу было совершено покушение: ее похитили и пытались утопить в проруби. К счастью, она выжила… После таких испытаний ей требовалось восстановить силы. Мы оставили ее в номере «Лоскутной». Завтра утром снимем допрос.
– Для чего мне это рассказываете, господин Пушкин?
– Высока вероятность, что убийца вашего мужа и тот, кто покушался на баронессу, – одно лицо.
– Благодарю, дойду сама, – проговорила Лидия Павловна и покинула участок. В кулачке она сжимала связку ключей.
• 83 •Дело близилось к полуночи. Портье «Лоскутной» зевал в кулак и протирал глаза.
К стойке подошла дама, скромно, но прилично одетая.