Ну попробуйте одновременно нажать четыре цифры, да еще если в одной руке тяжелая сумка, за подол цепляется ребенок, а под ногами мешается собака? Как раз такой трюк и пыталась проделать довольно симпатичная толстушка.
Я отобрала у несчастной поклажу и подхватила другой рукой старую, облезлую болонку.
– Спасибо, – с чувством вымолвила тетка, сдувая со лба легкую, крашеную хной челку, – голову б оторвать тому, кто этот замок изобрел! И стинно урод!
И спугавшись ее сердитого тона, ребенок наморщился и заплакал.
– Ой, замолчи ради бога, – пробормотала женщина, втаскивая крикуна в лифт.
– Устал или есть хочет, а может, вспотел, – авторитетно заявила я, разглядывая слишком теплый для апреля комбинезончик, две шерстяные шапочки и высокие кожаные сапожки…
– Так ведь боишься, что простудится, – засмеялась бабка и стащила с карапуза одну из шапочек.
Малыш всхлипнул последний раз и уставился на меня.
– Вам какой этаж? – спросила женщина.
– 120-я на каком?
– Кто вам нужен? – неожиданно посерьезнела дама.
В этот момент лифт дернулся, и створки с легким скрипом разъехались в разные стороны. Мы вышли гурьбой на площадку, и я сразу увидела золотые цифры – 120. Женщина всунула ключ.
– Вы живете тут? – изумилась я.
– Ну да, – пояснила тетка, отбирая у меня сумку и апатично висящую клочкастую болонку. – Поэтому и спросила, кто вам нужен.
– И давно здесь обретаетесь? – проигнорировала я ее вопрос.
– В 75-м родители квартирку получили, – пояснила женщина, – теперь вот мне досталась. Так вам кого все-таки?
– Козлова Федора Сергеевича где отыскать можно?
Тетка выронила сумку. Внутри что-то хрустнуло.
– Ой, – спохватилась женщина, – яйца разбились!
Ее лицо приобрело совершенно несчастный вид. Щеки вытянулись, уголки рта спустились вниз, в глазах заблестели слезы. Конечно, яйца жалко, но ведь не до такой же степени! Тем более что на нищую особу, считающую каждую копейку, дама совершенно не походила.
Малыш вновь захныкал. Бабушка принялась сердито сдергивать с него комбинезон.
– Так где можно найти Федора Сергеевича? – спросила я.
– Да чтоб он сдох, – пробормотала женщина и разрыдалась.
Увидав такой поворот событий, ребенок взвыл, словно пожарная сирена.