Там мы познакомились с веселой компанией девушек из Болгарии и почти весь отпуск провели с ними. Казаринов мутил там с одной, и засветился на нескольких фото.
Помню, как в самолете он выносил мне мозг, чтобы я удалил все фотографии и даже лично проверил мой мобильник.
Да, фото я тогда удалил. Мне они были ни к чему и тем более я не думал, что этот гад однажды подложит мне такую свинью.
Но, к счастью, несколько фото осталось у его курортной подружки.
Сегодня ночью я нашел ее в соцсети, попросил за небольшое вознаграждение выслать мне фото, и она любезно согласилась.
Я ликовал, получив даже больше, чем ожидал: оказалось у этой девушки есть кадры, где они с Казариновым делают селфи на балконе ее номера, целуясь.
Зная ревнивую жену Казаринова, я полностью убежден: даже одного этого фото будет достаточно, чтобы выписать ему путевку прямиком в преисподнюю. И тут дело не только в разводе: Казаринов занимает высокую должность в компании погибшего отца жены и стоит ей только щелкнуть пальцами, как он сию же секунду останется без денег и крыши над головой.
«Где он там застрял? — вытягиваю я шею. — Парализовало после увиденного?»"
"Разминаю мышцы, медленно наклоняя голову к одному плечу, затем — к другому и решаю идти в зону с камерами хранения.
Вижу его.
Стоит у открытой ячейки с номером «21» и быстро перебирает фотографии. Мельком смотрит в мою сторону, опускает взгляд обратно на фото, а спустя секунду таращится на меня во все глаза.
— Олега… — Он прикладывает руку к груди, пятится от меня.
— Конечно, объяснишь. — Я сжимаю кулаки и киваю в сторону выхода. — Идем?
Жестом руки пропускаю его вперед и иду следом. Казаринов несколько раз оборачивается на меня, в его глазах отчетливо проступает испуг.
Мы выходим из здания вокзала, и я толчками в спину направляю его в сторону своей машины.
— Дружище, это не то, что ты подумал. Я ничего такого не хотел, — нервно смеется он. — Это же шутка, ты чего? Это розыгрыш! Нет, ты всерьез думаешь, что я хотел от тебя денег? Черкасов, ты правда так подумал?
— Садись! — грубо бросаю я, указывая на дверь своей тачки.
С лица Казаринова спадает дебильная улыбка, и теперь он, кажется, понимает, что номер с розыгрышем ни хрена не прокатит.
А как только мы оба оказываемся внутри, хватаю его за горло.
— На кого угодно мог подумать, — сжимаю его шею. — На кого угодно, Казаринов, но только не на тебя.
— У меня не было выбора, — хрипит он и вцепляется пальцами в мою руку.