– Чего вы от меня хотите?
– Я предлагаю тебе новую сделку. Взаимовыгодную.
– То есть?
– Мы расторгнем наше давнее соглашение. Я возвращу тебе акции, и ты станешь президентом. Но взамен ты вернешь то, что тогда получил от меня.
– В смысле? – оторопел Макер.
– Я готов дать задний ход! – прогремел Тарногол. – Ты отказываешься от того, что взял пятнадцать лет назад, и возглавляешь этот банк, будь он проклят.
– Вы хотите сказать, что… – Макер не осмелился закончить фразу.
– Я хочу сказать, что ты потеряешь Анастасию! – заорал Тарногол с сардонической ухмылкой.
– Вы не посмеете и пальцем ее тронуть! – угрожающе проговорил Макер.
– Ты потеряешь Анастасию, – повторил Тарногол. – Тебя выберут президентом, но ты останешься в одиночестве.
Часть вторая
Убийство
С пятницы по воскресенье, 14–16 декабря
Глава 27
Первые версии
Пятница, 29 июня 2018 года, первая половина дня,
в моем номере в “Паласе Вербье”
Мы со Скарлетт приехали из Женевы накануне вечером. Должен признаться, мне наша вылазка пришлась по душе.
Что убитый пользовался всеобщим уважением и, судя по всему, не имел врагов.
Что нынешний президент банка, назначенный уже после убийства, по словам нашего информатора, очень изменился с тех пор.
Что соседка Эвезнеров много чего знала, будучи председателем Швейцарского фонда помощи сиротам, довольно известной в Женеве благотворительной организации.
– Мы чувствовали, что Абель Эвезнер сердит на сына из‐за этой истории с акциями, – сказала соседка. – Да он этого и не скрывал. Мне было жаль Макера. Но когда они с женой поселились по соседству, я поняла, что он совсем не такой, как его описывал отец.
– А Лев Левович? – спросил я.
– Необыкновенный человек. Как только он входил куда‐то, все взгляды обращались на него. Абель Эвезнер в нем души не чаял. Поговаривали, что Лев на самом деле был его правой рукой.