Соседи, встревоженные завыванием сирен, выскочили на улицу и столпились у открытых ворот. Внутрь заходить они остерегались из уважения к владельцам. Они завороженно смотрели, как снуют полицейские, прочесывая сад в сопровождении двух служебных собак, и с важным видом комментировали происшествие, украсившее их день: Анастасия Эвезнер, войдя в дом, столкнулась лицом к лицу с грабителем.
– Судя по всему, она в порядке, – сказала соседка, получившая эту информацию от одной пытливой дамы, которая успела расспросить полицейского.
– Вы только подумайте, кража со взломом средь бела дня! – возмутился кто‐то из зрителей.
– Кража со взломом средь бела дня, – доложил по телефону своей жене пенсионер из толпы, подробно повторявший ей все, что слышал (бедняжка горько сожалела, что уехала за покупками в город и пропустила такое шоу). – Но, похоже, Анастасия в порядке, грабитель сбежал, когда она пришла.
– Еще не хватало, чтобы он не сбежал, – вмешался сосед с собакой.
Крохотные снежинки, медленно кружась, оседали на волосах собравшихся зевак, самозабвенно следивших за действиями полицейских.
В гостиной Анастасия, еще не оправившись от потрясения, рассказывала лейтенанту Филиппу Сагамору из уголовной полиции Женевы, что произошло.
– Как я уже говорила вашим коллегам, я вошла через главный вход. Послышался какой‐то шорох, и вдруг из будуара – это кабинет моего мужа – появился мужчина. В маске, весь в черном. И в перчатках. Он спокойно посмотрел на меня, а когда я заорала, приставил палец к губам, велев мне замолчать.
"– И что потом? – спросил лейтенант Сагамор.
– Потом я позвонила в полицию.
Сагамор подошел к застекленной двери и посмотрел в сад. Немного постоял там в задумчивости. Его размышления прервал, войдя в гостиную, эксперт криминалистической службы.
– Нашли что‐нибудь? – спросил Сагамор.
– Мы обнаружили следы на снегу, но они теряются в густой траве у каменной ограды.
Сагамор поморщился. Он по‐прежнему не отрывал глаз от парка. Что‐то его там явно заинтриговало.