Горничная, предложив ему чай или кофе – он вежливо отказался, – оставила его и пошла предупредить хозяйку.
Сагамор собирался открыть Шарлотте Хансен тайну ее мужа. Это решение он принял сегодня на рассвете. Он счел, что это лучший способ сдвинуть расследование с мертвой точки. Если действительно Жан-Бенедикт в течение пятнадцати лет перевоплощался в Тарногола, вряд ли ему удавалось скрывать свою затею от жены. Может даже, она была с ним заодно. Он знал, что спонтанная реакция Шарлотты Хансен на его информацию будет очень показательна.
Дверь гостиной открылась, и вошла Шарлотта Хансен. Сагамор давно ее не видел, и ему показалось, что она осунулась и похудела.
– Доброе утро, лейтенант. – Она энергично пожала ему руку. – У вас есть какие‐то новости о гибели моего мужа?
Они сели в кресла друг напротив друга, и, вкратце изложив ей ход расследования, Сагамор бросился в омут головой.
– Мадам Хансен, – строго сказал он, – я вот задаюсь вопросом, хорошо ли вы знали своего мужа…
– Что вы имеете в виду? – встревожилась Шарлотта.
В ответ Сагамор вынул из сумки силиконовую маску и надел ее. Как и Кристина накануне, Шарлотта пришла в полнейшее смятение.
– Тарногол, – ужаснулась она. – Что… что все это значит?
Сагамор снял маску.
– Мы нашли это в “Паласе Вербье”, в номере вашего мужа. У нас есть веские основания полагать, что он и Тарногол – это одно лицо. Он сам придумал этого персонажа и играл его долгие годы. Он дурачил всех вокруг, включая вас, судя по всему.
Шарлотта на несколько мгновений утратила дар речи.
– Вы узнаете эти предметы?
– Ну да, – пожала плечами Шарлотта Хансен. – Мой муж пользовался этими духами, курил эти сигары, это его рубашка и его зажигалка – “Дюпон”, он очень ею дорожил. Ничего удивительного, что вы нашли все это в его гостиничномномере.
– Эти улики были изъяты в особняке по адресу улица Сен-Леже, дом 10, – сказал Сагамор.