Не могло ли получиться так, что ваша жена на эти деньги содержала кого-то? Даже на тысячу долларов может вполне безбедно существовать семья из трех-четырех человек, а уж на три… Может быть, она кого-то содержала, подругу или друга, а потом этому человеку потребовались большие деньги, он стал требовать, чтобы Лариса Сергеевна их достала, она отказалась. Вот и причина для конфликта и для убийства. Могло такое быть?
– Теоретически – да, могло. Но не с моей женой.
– Почему?
– Потому что… Вы, Юрий Викторович, в ценах ориентируетесь?
– Очень приблизительно.
– Я имею в виду цены на то, что регулярно покупают молодые женщины. На что они тратят деньги. Можно купить крем для лица за тридцать рублей, а можно – за две с половиной тысячи. Это восемьдесят долларов. Можно купить осенние ботинки за триста рублей, а можно и за шестьсот долларов, из ящерицы или питона. Можно купить сумочку за пятьсот рублей и ходить с ней несколько лет, пока она не порвется. Лариса покупала сумочки и туфли к каждому пальто, плащу или куртке, к каждому костюму и сарафану, ей хотелось, чтобы в одежде все было гармоничным.
Интересно вы рассказываете, Валерий Станиславович. А на какие же деньги она наркотики покупала? Любовник давал? Очень, кстати, возможно. Надо бы в личной жизни покойной покопаться, но муж в этом деле будет плохим помощником. Тут нужны подруги.
* * *Домработница Риттеров, пятидесятилетняя Римма Ивановна Лесняк, Селуянова приятно удивила. Он, насмотревшись фильмов и начитавшись книжек, был уверен, что придется иметь дело с человеком, фанатично преданным семье и готовым лечь трупом, только бы не дать ни одной соринке улететь из избы. Но здесь был совсем другой случай.
Римма Ивановна работала у Риттеров почти двадцать лет. И все эти годы люто ненавидела самого хозяина, Станислава Оттовича, и его супругу Нину Максимовну.
"Кроме того, Римма Ивановна не оправдала ожиданий Селуянова и на то, что окажется простой деревенской теткой, какими он всегда рисовал себе домработниц. Она была совсем другая. И… очень непростая.