– Что это?
Он вздыхает ещё раз, видимо, смирившись с тем, что придётся отвечать.
– Маленький остров за нашим Буяном. Там и обитают эти твари.
Я киваю, фиксируя в памяти.
– Вы меня заинтриговали, Ярослав Герасимович. Жду всю историю, но, пожалуй, лучше продолжим, когда доедем до кремля.
Княжич облегченно кивает, ему явно не по себе стоять рядом с местом бойни. Чувствует себя уязвимым, что ли?
Мы возвращаемся в машины, и по мере приближения к Буяновскому кремлю иллюзий становится всё меньше. Здесь уже нет нужды скрывать ветхие дома – их почти нет.
Кремль тоже не прячут за иллюзиями. И правильно, иначе выглядело бы жалко: не могут, мол, содержать даже княжескую резиденцию. Но стоит войти внутрь, и ощущение меняется. Пространство будто пропитано чем-то странным – скрытыми механизмами или магическими полями, которые буквально чувствуются кожей.
Ярослав провожает нас сдержанно-радушно и уходит без лишних слов, видимо, желая поскорее расстаться со мной. Кстати, наши с Светой апартаменты оказываются неожиданно приличными: просторные, чистые, обставленные со вкусом, но без излишней вычурности.
Слуга с лёгким поклоном сообщает:
– Через пару часов вас будут ждать, Ваше Сиятельство. Я зайду за вами.
Мы со Светкой устраиваемся в апартаментах, переодеваемся в более удобную одежду. Обстановка, на первый взгляд, вполне приятная: мраморные полы, отделка из натурального дерева.
Но стоит подойти к окну, как сразу видно, насколько Буян на самом деле «ненатуральный». За стеклом – те самые фасады, созданные иллюзиями, которые буквально пожирают колоссальное количество энергии.
Я ещё в дороге попытался уточнить у Ярослава про вышки, которые питают весь этот мираж.
– Это просто водонапорные башни, – ответил он с каменным лицом, словно оправдывал какие-то давно забытые строения в далёкой деревне. – Ничего особенного, Данила Степанович.
Ага, конечно. Водонапорные.
По дороге в душ я смотрю на Светку, которая уже уютно устроилась в кресле.
– Расточительно, – говорю задумчиво.
– Что именно?
– Весь этот спектакль, – киваю в сторону города. – Всё это только для того, чтобы казаться чем-то большим, чем они есть.
Светка усмехается развязно:
– Ну что ж, Даня, значит, князь тебя боится.