Если бы был инструмент, многие работы я бы мог сделать и сам. Но увы, такой инструмент надо было заказывать, и стоил он очень дорого – поточного производства здесь не было."
"Наши ежедневные вылазки в город уже приносили свои плоды – кухня была завалена мешками с овощами, крупами, в одной из кладовок повисли два огромных свиных окорока, появился небольшой бочонок топленого масла и гораздо более солидная деревянная коробка засыпанного солью сала, несколько мешков муки, какие-то местные пряные травы, которые Мари выбирала лично.
На душе становилось спокойнее – я знал, что зиму мы выживем. Тревожило только одно – денег оставалось катастрофически мало. Мари успокаивала меня:
-- Оскар, ты пойми, как производится агар-агар, я понятия не имею. Но, мы с тобой знаем, откуда его можно получить, и знаем, какой должен быть конечный результат. В любом варианте эта зима уйдет на опыты и на разработку технологии. Мы ведь даже примерно не можем определить, сколько за него просить, когда мы его получим.
Утешение, надо сказать, было так себе. Кроме того, Мари, занятая мыслями об этой самой хрени, совершенно не обращала внимания на то, что творится вокруг нас. А творилось примерно следующее – местные жители расслабились и перестали обращать на нас внимание.
Более того, несколько раз я уловил даже легкое пренебрежение в словах торгашей и лавочников, у которых мы делали заказы. Внешне вроде бы придраться было не к чему. Они все кланялись и величали меня «господин баронет» и «ваша светлость».
Еще одним неприятным фактором было то, что мэр города так и не соизволил приехать и представиться нам.
Храм мы посетили на третий день прибытия и я зауважал барона – весь путь он прошел пешком, не жалуясь и не ноя, хотя для него это было сравни подвигу и заняло чуть не полдня. Народу было много, некоторые даже кланялись, но как будто стесняясь, норовя тут же скрыться с глаз.
Брат-настоятель был вежлив и, кажется, рад нам, но поговорить так и не рискнул. А ведь какое-то дело у него есть, я это заметил.
На четвертый день привезли две телеги дров, я расплатился и весь день складывал на улице поленницу под чахлым навесом – надо будет ремонтировать крышу на нем. Ну, еще успею.
МАРИ
Понемногу я втягивалась в нашу новую жизнь. Мысль о том, что стая с ее сволочными законами осталась где-то далеко за морем, грела мне душу.