Членов зараженного заградотряда смертники раздели еще ночью и сами облачились в их камуфляжи. Правда, для пары клыкастых нео не нашлось подходящих размеров, и им пришлось остаться в своих набедренных повязках. Может, оно и к лучшему – с абордажными саблями в лапах серые гиганты выглядели более чем устрашающе…
Я уже почти поверил в успех нашей безумной атаки, но тут расположенная на правой башне С-60 плюнула огнем. Четыре раза подряд в соответствии с емкостью магазина…
Наводчик у маркитантов тоже был далеко не Вильгельм Телль.
Я проследил взглядом полет пулемета, сорванного со станины, и головы пулеметчика, сорванной с плеч. Они летели рядом на фоне восходящего солнца. Живописное утро. А еще я отметил, что летящая голова принадлежала не Иону, а второму пулеметчику. Что ж, в каждом минусе есть свои плюсы. Если б убили стаббера, думаю, я бы огорчился больше – как-никак, за прошлые сутки мы пару раз смогли быть друг другу полезными, а такого рода взаимовыручка все-таки что-то да значит.
А пушка между тем доворачивалась в направлении электроцикла, едущего к воротам. Командир расчета разгадал наш нехитрый план и решил устранить главную угрозу, не отвлекаясь на мелочи типа второго электрокара и снайпера, в открытую лезущего на дерево.
Мне было не до маскировки. Мне нужно было успеть.
Рывок – и я на толстой ветке, скрюченной радиацией.
Но моя задумка была на грани провала. Учтя опыт собратьев по ремеслу, артиллеристы озаботились прикрытием. Двое стражей стены заслонили расчет с фланга ростовыми прозрачными щитами. Наверно, наследство «шереметьевских», о которых рассказывал Шерстяной. По опыту знаю – штука массивная, но эффективная. Это тебе не легкая полицейская игрушка, которая держит только кирпичи и пистолетные пули.
"Я выстрелил дважды, в левый верхний угол ближайшего щита. Пробить защиту не пробил, но пули рванули ее в сторону. Немного, совсем чуть-чуть. Ровно настолько, чтобы на мгновение приоткрыть шею бойца, удерживающего щит.
Этого оказалось достаточно. Третья пуля разорвала ему сонную артерию.