Закон Северо-Запада

В чем я имел несчастье убедиться в следующий момент. Топот многих ног по земле ни с чем не спутаешь.

– Он фде-то фдесь. Я ванил его.

Тот, кто проорал эти слова, наверно, никогда не был ни у стоматолога, ни у логопеда. Я еле разобрал, что он там прогундосил. Но понятно, что моими стараниями показалось шепелявому снайперу, будто он большой молодец и не промахнулся по бегущей мишени. Придется его огорчить.

Я вывернулся из-за бетонной стойки с выходом на колено, одновременно выдергивая из кобуры «Форт».

Их было семеро.

Похожие на огородные пугала, замотанные в какие-то невообразимые тряпки, за которыми не разобрать ни лиц, ни фигур. Зато я хорошо разглядел, что эти пугала держали в лапах. И мне это очень не понравилось.

Первому, самому шустрому, я всадил в башку четыре пули. И только после этого он грохнулся наземь, выронив пожарный топор на длинной ручке. Второму хватило трех выстрелов, после которых его голова взорвалась как протухший арбуз, прорвав гнойным фонтаном слой тряпок. Зато третий вскинул арбалет прямо на бегу, не снижая скорости.

Щелкнула тетива – и мне пришлось плюхнуться на живот, иначе бы стальной наконечник «авторучки» прошел через мой череп легко и непринужденно, как сквозь воздушный шарик. Тратить столько патронов на живучих аборигенов было непозволительной роскошью, поэтому арбалетчику я просто прострелил колени.

Минус девять. Осталось семь. Самонадеян тот, кто считает себя крутым бойцом, не имея элементарного навыка – считать использованные и оставшиеся патроны в бою.

Я никогда себя крутым не считал, видал и покруче, но тактическую арифметику впитал в себя давно и навечно. И сейчас она складывалась не в мою пользу.

Плачевное положение сотоварищей нисколько не сказалось на скорости передвижения аборигенов. Четвертому я разнес коленную чашечку, когда он был метрах в пяти от меня… а дальше стрелять уже было поздно. На таком расстоянии пуля патрона 9×19, довольно длинная для пистолетной, пройдет сквозь тело насквозь, не оказав останавливающего эффекта.

То есть не вращаясь в мясе – слишком велика будет ее начальная скорость. А это значит, что даже смертельно раненному уроду ничто не помешает опустить мне на макушку огромный зазубренный тесак."

"Поэтому я резко откатился в сторону и лишь услышал, как страшное оружие ударило по тому месту, где я возлежал с комфортом полсекунды назад.

Чавк!

С таким же мерзким звуком клинок вошел бы в мою голову, если б я оказался несколько менее расторопным.