– Соня, откуда это у тебя?
Пришлось обтекаемо рассказать, что брошь обнаружилась после посещения проклятого леса. Иван Петрович хмурился всё сильнее.
– Ох уж эти некроманты! Вечно хватают что ни попадя…
Дмитрий Александрович хихикнул и ткнул Синеглазку в бок локтем.
– …хуже их только демонологи. Тащат, всё, что видят. Нельзя было к броши прикасаться. На ней заклинание от потери. Вы её на себя замкнули. Теперь, даже если выбросите, она всё равно вас найдёт.
Кровь отхлынула от лица.
– Но это ещё не всё, тут ещё какие-то заклинания.
Александр Александрович поднялся на ноги, Николаша от его движения плавно растянулся на лавке. Ректор приблизился к нам, протянул руку и забрал у Ивана Петровича брошь.
– Где-то я такое уже видел…Слишком знакомая вещица. И явно древняя. Иван Петрович, нужно обязательно исследовать, чтобы дель Эмэй на свою голову опять чего-нибудь не сыскала…
Обиженно засопела. Вот вечно только меня примечают. И никого совершенно не смутило, что разговор мы в тюрьме ведём.
Мне вернули украшение. Окон в камере не было. Лавок было слишком мало, поэтому сидели по очереди. В какой-то момент я даже задремала на чьём-то плече. А разбудило меня громыхание ключей в замке. Я встрепенулась, открыла глаза. Так и есть один из полицмейстеров открывал дверь.
Мои товарищи по несчастью смотрели в ожидании на стража порядка.
– Приказ короля освободить, – пробормотал страж, – Приносим свои извинения.
– Вот так бы с самого начала! – оказывается, Николаша уже проснулся.
Не сговариваясь, все направились к выходу. Но полицмейстер остановил адептов.
– Вы не выходите.
– Они с нами, – вздохнул Синеглазка.
Полицмейстер нахмурился.
– Нет, так не пойдёт. Тогда залог за них вносите.
– Дель Эмэй, ваши друзья, вам и платить, – ехидно заметил Аристарх Валерьевич, стоя уже по другую сторону решётки.
Жаба моя воспротивилась такому произволу. Но на всякий случай я всё же решила уточнить сумму.
– Тысяча золотых.
– Это получается сто пятьдесят на каждого? – прикинула, что в принципе терпимо.
– Это за каждого, – безэмоционально ответил страж.
Я возмущённо открыла рот.
– Александр Александрович, может, академия проведёт программу софинансирования?
Ректор от неожиданности (или моей наглости?) закашлялся.
– Дель Эмэй! Наглеете.
– Ладно, заплачу.