На столик с белой скатертью мне велели водрузить брошь. Я всё ждала, что ящерица превратится в дракона и сожрёт нас всех за своевольность. Ну, или какой-то другой подвох случится. В моём ведь случае ничего гладко не проходит.
Деканы выставили щиты. Илья Родионович встал поближе ко мне. На входе дежурили целители. Почувствовала себя особой королевской крови. Столько заботы.
– Если что, то дель Эмэй компенсирует, – торжественно произнёс ректор.
Я даже поперхнулась. Что-то дорого моё обучение для семейного бюджета обходится.
Аристарх Валерьевич вздохнул, посмотрел на Николашу и кивнул. Видимо, это был знак начала операции.
Я зажмурилась и скрестила пальцы на руках. Авось пронесёт.
Ритуал длился минут пять. Заклинание читал ректор. Затем я почувствовала запах дыма. Осторожно приоткрыла один глаз. Вроде все целы. И даже помещение не пострадало. А вот с брошью покончено: листок скукожился, а ящерица почернела и лежала кверху лапками.
Меня окружили целители и принялись осматривать через магическое зрение.
– Всё в порядке? – поторопил их Синеглазка.
– Да, – ответил главный целитель, – Вот только проклятье усугубилось.
Мои глаза приобрели размер блюдца, наверное. Да и брови потерялись в волосах.
– Я умру? – пропищал кто-то жалобно.
Огляделась. Это всё же был мой голос.
– Нет, конечно. Просто в целительское крыло будете заглядывать чаще. Ну и специалиста по проклятиям всё же придётся посетить в королевском дворце.
Ну а дальше меня выставили из помещения. Как обычно.
Не зная, чем себя занять, я отправилась в общежитие боевиков. Хоть к Славке пока пристану.
Подруга только вернулась с тренировок. Выглядела она впечатляюще: растрёпанная, мокрая, и даже рукава рубашки разодраны.
– У вас тренировка на выживание, что ли, проходила? – не смогла сдержать удивления.
Слава сдула с лица прядку.
– Я с капитаном команды подралась.
Шестерёнки в моей голове заскрипели.
– Так ведь у вас Рус капитан…
– Ну! А с родным братом – грех не подраться, – девушка посторонилась и пропустила меня в комнату.
Поскольку Милослава была первой девушкой на своём факультете, то ей повезло, как и мне – жила она одна. Ну, а за неоднозначную славу к нам так никого и не подселили. Архип Иванович объяснил это тем, что «тады зараза по всему общежитию распространится, а мне оно надо?». Комендант общежития боевиков, видимо, решил так же.
– Из-за чего?
– Не сошлись во мнениях.