Надо уходить дальше в море, на больших глубинах и будут другие рыбы и другие водоросли и прочие жители моря. После ужина Кирен сказал, что завтра уйдем дальше в море.
Спала я в своей узкой, маленькой, похожей на пенал, каюте одна, Кирен ютился с мужчинами, но здесь вдвоем и не развернуться. Утром я поднялась по будильнику, мне надо кормить команду. Выйдя на палубу, увидела, что катер стоит на якоре у берега. Узкая полоска песка, а далее стоял сплошной стеной лес. Перепутанные ветви с голубой листвой с цветущими лианами создавали непередаваемую растительную мозаику.
Поднявшись на борт, они втянули на палубу лёгкую лодку, достали из нее ящик с какими-то растениями и плодами. Один из плодов напоминал отдаленно ананас, торчащими из макушки листьями, но шкурка была гладкой, оранжево-красного цвета. Кирен озабоченно сказал:
-Надо, чтобы Илав провел анализ этого плода. И срочно. Возле лианы, на которой и висели эти плоды, валялись птички на земле.
Бедному Илаву вместо завтрака пришлось сидеть над походным анализатором, вглядываясь в какие-то цифры и графики. Завтрак я ему, конечно, оставила, но тоже было любопытно, что же там нашли. Наконец Илав разогнулся и сказал:
-Нет тут никакого яда! Сахаров много, калий есть, аскорбиновая кислота и разные микроэлементы. Но ничего опасного. Почему птички валялись, не пойму, может, что-то другое склевали?
А у меня мелькнуло предположение. Слышала, что на Земле есть в тропиках некоторые плоды, содержащие много сахаров, и наклевавшись их, мелкие птички просто валятся пьяными.
Прожевав и проглотив кусочек, я спокойно сказала, обратившись к напряжённо смотревшим на меня мужчинам.
-Спят ваши птички. Пьяные они. А здесь сахаров много, фрукт переспелый, брага получилась. Лучше брать менее спелые. Но вкусно. И, думаю, полезно. Сами попробуйте.
Фрукт попробовали все, одобрили. Нанесли на карту координаты этого участка, решив позднее слетать сюда на заготовку плодов. Травы не представляли собой ничего особенного, травы как травы.