– Скажу честно, ты меня сейчас озадачила, – закончив набирать сообщение Ортега задумчиво покрутил связной кристалл в руках, – не уверен, что случай с Браном совпадение. Но и сказать, как именно он связан с происходящим, пока не могу.
– В любом случае, образцы его магии у нас есть, как и слепки ауры Терезы, – продолжила за него Лаура, – если найдём в брюхе прядильщика чужие искры, сможем сверить образцы.
– А... откуда они у вас? – растерянно уточнила."
"– Если помнишь, одно время мы рассматривали вариант с переливанием магии, – ответила Айролен, – поэтому тщательно изучали слепки аур всех сильных огненных магов и их близких родственников.
Я окинула целителя обожающим взглядом. Его предусмотрительность не раз выручала и сейчас подарила нам невероятный козырь.
– Нам пора, – Ортега улыбнулся в ответ и направился к двери. – Я вкратце описал императору ситуацию, он ждёт нас с Айролен в кабинете.
– А охрана...
– Я предупрежу, чтобы до рассвета к тебе никого не пускали, – ответил целитель, прежде чем покинуть комнату вместе с Лаурой и понятливыми духами.
ГЛАВА 19.1
Мы с Саифом остались одни, но после пережитого романтическое настроение улетучилось и на меня лавиной обрушилась усталость.
С трудом подавив зевок я зябко поёжилась, поудобнее устраиваясь на диване. Это не укрылось от дракона. Он в два шага оказался рядом, намереваясь подхватить меня на руки.
– Ты устала, нужно немного поспать, – пояснил Саиф, наткнувшись на мой недоумённый взгляд. – Я перенесу тебя на кровать...
– Н-нет! – голос предательски дрогнул, и забыв обо всём я судорожно вцепилась в руку дракона.
От мыслей о том, что снова останусь один на один со своими кошмарами прошиб озноб, а пляшущие на стенах тени приобрели пугающие очертания. Казалось, из них вот-вот выползет новый прядильщик или чего похуже...
– Мари...
– Мне страшно, – признание далось нелегко, но сил на геройство не осталось.
Тепло его тела и отголоски штормовой магии окутали меня исцеляющим коконом, надежно закрывая от тревог и на корню пресекая подступающую панику. Только из глаз всё равно хлынули слёзы, стекая по щекам солёными дорожками, будто смывая отголоски застарелых кошмаров.