Скажи им, что я замуж выходить передумала, ладно?
— Что им сказать? — растерянно лепечет она и испуганно трясет головой.
— Я ж говорю. Скажи им, что я передумала."
"— Насчет чего ты передумала? — вдруг раздается за моей спиной низкий, злобный рык.
Оборачиваюсь на звук голоса и застываю. Мне всегда нравились брюнеты, а тут передо мной высится мало того, что брюнет, так еще и шикарный красавец лет тридцати пяти.
Ресницы смоляные, глаза синие-синие, как Адриатика. Утонуть в них можно. Смуглый немного, будто на свежем воздухе любит бывать.
Мужчина вдруг подходит вплотную, берет за подбородок двумя пальцами и грозно рычит мне в лицо:
— Повтори-ка теперь для своего жениха, Виола! Я не расслышал с порога. Насчет чего ты передумала?
Глава 2
Пасовать перед ним не собираюсь. Я не для того умерла и в новую жизнь попала, чтобы мной какой-то злыдень командовал!
— Выходить за вас передумала молодой человек! — говорю громко и отчетливо.
Он отдергивает пальцы от моего подбородка, будто брезгливо. Сжимает кулаки и хмурится. Смотрит так пронзительно, будто мысленно уже насадил меня на шампур. Выглядит это жутко не комфортно. От него так и брызжет плохая энергия.
Вижу, что Иришка… фу ты черт! Девушка, что меня торопила, на цыпочках крадется к выходу. На ее лице застыл испуг. Бедная, как же она его боится!
Нельзя быть такой пугливой с мужчинами!
Мужчины — как хищники, сразу энергию страха считывают и пользуются в своих целях.
Загораживаю девушку собой и говорю мужчине:
— Вам бы чай из пустырника пропить. Три раза в день. По чашке перед едой. Отлично нервы лечит. На себе проверено. Вы купите себе, ладно?
У него в глазах столько ненависти появляется, что она вот-вот на меня прольется и запачкает мне настроение! А я ему еще помочь пытаюсь…
С такими есть только один нормальный способ общаться.
Держаться от них подальше.
— Собственно, это все, что я собиралась вам сказать. Свадьба отменяется.
— Ты сейчас всерьез или мозги потекли на жаре? — шипит он, упрямо не понимая моих прозрачных намеков.
— Тон свой смените, мужчина! И оставьте меня одну.
— Одну? Значит, хочется быть одной?
Несостоявшийся жених вдруг поворачивается к девчушке, которая почти достигла двери. Тоненькие ручки, сама вся такая хрупкая, беззащитная…
Что он задумал? Не будет же он на бедняжке отыгрываться?
В груди расползается тревога.