Ведь девчушке теперь надо где-то спать, а я не подготовила для нее спальное место. Будучи белкой, Тания легко помещалась со мной на соломенном ложе. В ипостаси человека — уже, конечно, не поместится.
И какие тогда у меня остаются варианты?
Выгнать дракона из собственной кровати не получится. Он дал понять, что сегодня ночует здесь. Что же тогда делать?
Перейти в другие спальни, пахнущие ветошью и пропитанные пылью? Даже думать об этом противно. Да и вряд ли безопасно. В конце концов, вдруг там пауки или крысы себе свили гнезда?
Видимо, придется сходить во двор и набрать пуха, чтобы быстренько соорудить себе второе спальное место на кухне.
Определившись, бросаю на Танию обеспокоенный взгляд. Меня волнует, что она до сих пор не проснулась. Мы тут разговариваем в полный голос. И разве магия не должна была ее разбудить?
— С ней все в порядке? Почему она до сих пор спит? — с тревогой обращаюсь к дракону, но тот отмахивается от объяснений.
— Пусть поспит. Тебе того же советую.
Пусть поспит? Хм. Где, интересно?
— Не могли бы вы помочь с Танией? — поднимаю на дракона вопросительный взгляд. — Ее надо перенести.
— Куда, — нахмурившись, он с удивлением склоняет голову.
— На кухню.
— Ты хочешь, чтобы она спала на каменном полу?
— Ну да, а какие еще вари… — мой взгляд отрывается от пола и неожиданно натыкается на его фигуру.
В сетчатку врезается картинка, — и в тот же миг каменею, парализованная увиденным.
Широкоплечий красавец заполняет собой весь дверной проем. Он успел прицепить на бедра пояс, с ножнами, придающими его фигуре еще более опасный вид.
Зрелище завораживает. Оно, будто прямиком из моих девичьих, нереализованных грез вынырнуло. Мне казалось, я уже прожила этап, связанный с мужчинами, и оставила его далеко позади, а тут на тебе! Стою и таращусь на полуобнаженного красавца под бешеный стук своего нового сердца.
Мой муж был хорошим человеком, но серьезно болел.
Я почти всю жизнь сама справлялась. Считала себя сильной, самодостаточной. Поэтому свою реакцию на мужскую силу, такую неожиданную, эмоционально сбивающую с ног, никак не могу принять и переварить.