Особенно после того, как мы с Артуром признались друг другу в любви, и он сказал, что хочет усыновить Ваню. О чем я еще могла мечтать? Только вернуться домой, на юг, и жить в нашем красивом теплом городе.
Москва совсем мне не нравилась теперь. Не знаю, как я бросила все и умчалась за Маратом. Сейчас даже временный переезд наводил на меня тоску. Я почти не выходила за пределы жилого комплекса. Мы гуляли на площадке с Ваней и Лидией. Иногда они сами, а я по привычке подходила к окну каждые десять минут. Мои заказы теперь стали интереснее, я успевала работать и получала от этого удовольствие.
Иногда это было скучно, иногда почти интересно. Марат никогда никуда меня не брал, а с Артуром я принимала этот опыт, как уроки.
В очередной день, когда нам нужно было отправляться на званый ужин, я провела три часа в салоне, и уже вышла к такси, чтобы поехать домой. Но тут мне путь преградил смутно знакомый высокий широкоплечий мужчина. Я почти сразу его вспомнила. Тот самый из службы безопасности Алана, кто вернул меня под конвоем беременную.
— Елизавета Дмитриевна, пройдемте со мной.
— С какой стати?
Я видела такси, и могла просто обойти здоровяка, сделала шаг в сторону. Из черного мерседеса около моего такси вышел сам Алан.
— Нам нужно поговорить, Лиза, — проговорил он. — Отпусти машину. Давай пообедаем.
Отец Артура мотнул головой на ресторан через дорогу. Я отрицательно покачала головой.
— Нет.
— Лиза, пожалуйста. Это очень важно.
— Мы с Артуром собирались к вам чрез три дня.
— Артур не даст мне и рта раскрыть. Ты так ничего и не узнаешь. Очнешься только, когда он сделает Ваню нищим. Ты этого хочешь для своего сына?
Я помнила все, что они собирались сделать. Алан никогда мне не нравился, я не доверяла ему, даже боялась. И сейчас пойти с ним — это рискнуть. Но он мог и сейчас просто отдать приказ сунуть меня в машину. Однако, свёкр просил, а не приказывал. Я чувствовала.