Я больше не собирался продолжать слушать и бездействовать, взял хозяина апартаментов за шкирку и повел на кухню, бросив Лизе:
— Успокой сына. Я все решу.
— Нет, — всхлипнула она, дернулась было, но тут же замерла.
С ребенком на руках не особенно изобразишь гордость и независимость. Но ей удавалось. Каким-то образом.
— Да, Лиза, — обрезал я и закрыл дверь на кухню.
Мужик смотрел на меня затравленно и шарил по карманам, видимо, искал телефон.
— Только тронь, гнида. Знаешь, на кого нарвался? Да я…
— Сколько? — тихо спросил я.
Он тут же поменялся в лице.
— Чего сколько?
— Денег сколько она тебе должна? Вернее, жене твоей.
— Так… — глаза забегали, и я буквально слышал, как он прикидывает, насколько можно меня наебать. — Сорок восемь. Коммуналка знаешь какая дорогая? Инесска говорит, купает она каждый день в большой ванне пузана своего. Не может что ли маленькую купить?
— Наличкой обязательно? Или на карту?
— На карту можно. Без разницы, — быстро согласился Птиц Говорун.
Я достал смартфон и открыл приложение.
— Номер телефона.
— Ага.
Он назвал цифры, и я уточнил
— Тигран Валидович?
— Он самый.
Подтвердив операцию, я отправил ему деньги. Валидович тут же быстро достал телефон и проверил счет.
— Пришло. Сразу нельзя было чо ли? — заворчал он.
— Нельзя. И к квартиранткам лезть тоже нельзя, проговорил я тихо, приблизившись к нему почти вплотную,
Мужик весь съежился, почти вжался в стену.
— Еще раз увижу здесь — пожалеешь.
Он часто закивал и стал продвигаться по стене к двери и на выход.
Едва увидев меня, Лиза вскочила.
— Что ты сделал? Если полиция узнает…
— Успокойся. Я просто дал ему денег. Ничего противозаконного.
Она посмотрела на меня так, словно я совершил самый страшный грех ради нее.
— Я бы сама…
— Безусловно. Не сомневаюсь, — не сдержала я сарказма.
— Я все верну.
— С депозита снимешь? Не стоит. Потеряешь проценты.
— Не твоя забота. Я все верну, — упрямо повторила она.
Я закатил глаза.
— Ладно. Как хочешь. Может все же обсудим наши дела?
— У меня с тобой нет никаких дел.
Лиза почти рычала. Очевидно, ее унижала сама мысль быть у меня в долгу. Что поделать. Очень скоро ей вообще придется смириться с моим присутствием в своей жизни. Это неизбежно.
— Уходи, Батурин, исчезни.