Как сталкивают с моста в воду. В которую падаешь с головой, и не чувствуешь тела, погрузившись в обволакивающую жидкость.
– Что ты сказал? – вырывается изнутри. Какая к чёрту игрушка? – Генри, объяснись!
Но он даже не пытается. Выходит из раздевалки, оставляет меня одну.
А я в который раз убеждаюсь – не могу. Больше не могу этого терпеть.
* * *Захожу в квартиру и чуть не валяюсь с ног. Три часа езды от гольф-площадки до дома выматывают. Я даже немного задремала, но Влад разбудил.
– Иди в спальню. Я вызову врача для осмотра и приготовлю тебе что-нибудь поесть.
Опираюсь плечом о косяк и слегка улыбаюсь.
Поесть приготовит. Помню, как он заставлял меня есть курицу, не зная о моей жёсткой диете. Следил, пока я всё не съём. Ради меня же.
А сейчас готовить пойдёт? Удивительно. Не таким я его знаю.
Несколько дней назад он придушить меня хотел. За предательство. Из-за Вернера-старшего.
А сейчас… Волнуется.
Из-за ребёнка?
– Спасибо, – благодарно киваю, сжимая ладони в кулаки.
Нужно собраться, выдохнуть.
К чёрту всё. Будь что будет.
Меня увидит голой вся страна? Да я и так блистаю в одном журнале в белом белье. А там Вернер, что держит меня за подбородок. А я перед ним на коленях. Его лица не видно, но я-то знаю…
Мотаю головой. Не сейчас. Не лучшее время для воспоминаний.
– Влад, – выдыхаю его имя, будто говоря что-то преступное. Опасное. Запрещённое. – Нам нужно поговорить. Я бы предложила тебе присесть…
– Это насчёт Громова? – он перебивает меня, не дав договорить.
Вернер резко подходит ко мне, обвивает мою талию сильными и надёжными руками.
Прижимает к себе, а мне дико волнительно. Влад считает своего брата героем, что помог мне, но на самом деле…
Он сделал всё ради своей выгоды.
Прикрываю глаза и прислушиваюсь к быстро бьющемуся сердцу. Так волновался за меня? Что сердце не на месте.
Господи, да почему всё идёт против меня?
Поверит ли он мне?
Когда считает Генри моим спасителем? Ведь если не он, меня бы изнасиловали. Хоть я бы и боролась и не позволила этого сделать. Не знаю как.