Тем временем я продолжаю издеваться над многоглазым: щёлк — и он уже в поношенном халате с цветочками; щёлк — и в обтягивающем костюме рестлера, с маской и перчатками. Демон трясёт головой, рвёт иллюзорную ткань, но та тут же меняется на новую.
— Да как ты смеешь, Филинов⁈ — рычит он, сотрясая воздух. — Я посланник Бога Горы!
— Ой да неужели? — в ответ я резко бью его по ментальной волне — по самому каналу, соединяющему иллюзию с настоящим Демоном. Канал резонирует, и я мгновенно ловлю направление — далеко он находиться не мог.
— Змейка, фас!
Она прыгает в каменную кладку крепости, уже на ходу меняя форму на боевую, и уносится за Демонской стеной на охоту.
— Ганнибал, летим за стену! — командую я, даже не оборачиваясь.
Двое крылатых Рвачей тут же хватают меня за плечи и рывком поднимают в воздух. Уже сверху я вижу, как Габриэла умоляюще смотрит на отца:
— Па, можно?
Тот нехотя кивает:
— Ладно.
Златокрылая леди, на радостях чмокнув родителя в щёку, взлетает следом. Может, кстати, златокрылая и пригодится. Ведь за Стеной нас ждёт не один, не два Демона, а целая банда, причём с подарками.
* * *Друзья-мазаки, вот и новый том. Ставьте лайки, а то Змейка засиделась в третей формации
Глава 2
Резиденция Небесного Дома (место проведения бала в честь Совета Домов), Сторожевой город
Лакомка, ненадолго выйдя из банкетного зала, осторожно приподняла подол платья, чтобы не зацепиться за высокий порожек у двери, и направилась навстречу подошедшему из кортежа Рвача.
— Только что звонили, Ваше Величество.
Лакомка приняла артефакт обеими руками, скользнув взглядом по светящимся символам на корпусе, и коротко, но вежливо произнесла:
— Спасибо.
Позади бал гудел, словно потревоженный улей: гости переговаривались вполголоса, но в глазах у каждого — неподдельное возбуждение. Уже все знали, что Демон стоит у городских ворот, и что к нему отправились не кто-нибудь, а сразу три лорда и король Данила.
Звонил никто иной как Степан Тимофеевич. Лакомка, чуть отступив в нишу между колоннами, приняла звонок и, обменявшись короткими приветствиями, выслушала собеседника до конца."
"Вернувшись в зал к Свете и Насте, она заговорила ровно, но так, чтобы их слова не привлекли излишнего внимания соседей:
— Звонил Степан Тимофеевич.