Щенок ныряет прямо в его тень и оказывается в кармане, полном теневых исполинов. Те выглядят одинаково: чёрные огромные треугольники с руками и ногами, стоящие неподвижно. Ломтик начинает тявкать, не смущаясь их молчания. Он с азартом объясняет, кто в стае главный, каков порядок и «понятия», повторяя каждый пункт несколько раз, чтобы уж точно дошло. Исполины, однако, молчат и никак не реагируют, будто щенок для них пустое место. Ломтик ворчит, бегает из стороны в сторону, но толку мало — исполины, как и многие до них, просто игнорируют его.
Снаружи Булграмм уже наткнулся на искомых разбойников. Те, вооружённые, орут и бросаются на тавров. Булграмм размахивает топором, каждый удар сопровождается гулким звуком и криком жертвы.
Ломтик же, отчаявшись голосом достучаться до исполинов, прибегает к радикальным методам.
Щенок выпускает теневых гарпий. В тот же миг хрупкое равновесие теневого кармана рушится: существ в нём становится слишком много.
Булграмм, увидев исполинов, сразу оживляется и громко орёт, размахивая топором:
— О, исполины! Вы сами пришли⁈ Как раз вовремя! Молодцы! Убивайте всех этих псов!
Исполины с радостью бросаются в бой. Теневые треугольники касаются разбойников, и тела врагов разрубаются сами собой, словно разлетаются на куски невидимыми клинками.
Схватка завершается быстро. Ни один из вульфонгов не остаётся на ногах. Булграмм собирает исполинов, командует им, и они снова возвращаются в тень воеводы.
Внутри теневого кармана исполины теперь смотрят на Ломтика иначе. Их безликие фигуры словно чуть склоняются, показывая уважение. Мол, именно из-за него хозяин остался доволен и похвалил их. Значит, Ломтик — свой, значит, его стоит слушаться.
Ломтик довольный. Он шагает меж них, снова тявкает, разъясняет правила стаи. Правая лапа показал кто здесь главный. Ауф.
* * *Хоттабыч отбывает к себе в Лунный Диск, получив от меня согласие: ладно, пойду в гости к Мадам Паутине. Старик ускакал домой, и вскоре, как обещал, передаст ей моё согласие, а заодно и пригрозит: «чтобы эта ведьма не смела набрасываться на тебя, король».
Мадам не дура и, конечно, дрогнет от угрозы самого Председателя.