— И что? ИСБ до сих пор не взяло их за задницы? В чём причина? И только не говори мне, что дело в их репутации и истории военных героев. На это всем наплевать. Должно быть что-то иное.
— Нет, конечно, — фыркнул Лазарев-старший и усмехнулся. — Видишь ли, Рома, дело в том, что большая часть того, о чем ты сейчас прочитал, как раз и происходит с молчаливого одобрения нашего правительства и его цепных псов из ИСБ. Торговля оружием — это крайне прибыльный бизнес, а Харитоновы сколотили огромную сеть хороших знакомых, которые могут быть полезны в том случае, если ты хочешь влиться в это дело…
— Если, пап, — перебил его Роман.
— Можешь смеяться, Рома, но всё именно так, как ты и сказал, — невозмутимо сказал Павел. — В тот раз мне эта информация показалась не такой уж и важной. Особенно с учётом того, что Харитоновы не хотели делиться ей в полном объёме.
— А теперь ты оберешь их полностью? Только в этом причина? Не верю.
— Догадался, да? — улыбнулся Павел.
— Те акции, которые ты получил во время дела с Румянцевым, да?
— Верно, — кивнул Павел. — В том числе и они.
Роман хорошо помнил, как его отец не только сумел выйти сухим из воды в той ситуации, но и значительно приумножить капитал их рода, скупив почти за копейки ценные бумаги оборонных предприятий. Сейчас этот портфель акций был разбит на отдельные небольшие пакеты, которые было практически невозможно отследить.
— Подожди, но даже если и так, любому товару нужен спрос, — всё равно продолжил стоять на своем Роман. — Нужен рынок сбыта.
— Для этого бизнеса рынок есть всегда, сын, — произнёс Павел, и Роману совсем не понравилось то, каким тоном это было сказано. — И совсем скоро он может стать куда шире, чем кто-то мог вообще предполагать.
Кажется, в этот момент температура в кабинете упала на несколько градусов.
— Румянцев что-то тебе сказал, да? — спросил Роман, на что Павел лишь покачал головой.
— Даже если и сказал, тебе не нужно об этом беспокоиться. Этой стороной нашего бизнеса будет заниматься Артур. Или Кирилл. Я ещё не решил. В любом случае тебя, Анастасию и вашу мать это не коснётся ни в коем случае. А что касается этого дела, то ты думаешь в правильном направлении. Я действительно приказал Елизавете раздавить их.
Роман заговорил не сразу.