"
"Я с сомнением посмотрела на переполненную народом остановку и плотнее закуталась в палантин. Дернула ж нелегкая парадно-выходное пальто надеть! Захотелось красавишной перед партнером показаться. Ну, а что? Вдруг он надумает появиться на горизонте? Короче, пресловутое женское тщеславие в действии! А пальто-то холодное. К тому же, Рус его все равно, походу, не увидит, а мне теперь мерзнуть!
– Маш, не глупи, – продолжал уговаривать Федор. – Заболеешь же!
Этот аргумент поколебал мою решимость добираться до работы на автобусе.
Я нырнула в уютное тепло «Ниссана» и повернулась к Федьке.
– Поехали. Только высадишь меня, не доезжая до школы, а то полдня придется всем объяснять, что мы по-прежнему в разводе и не собираемся сходиться.
– А может, и не надо ничего объяснять, а, Маш? – тихо спросил бывший муж, перестраиваясь в средний ряд. – Неужели у нас все так плохо было? Марусь, ну, правда, хватит дуться. Возвращайся. Мне без тебя плохо. Пусто.
Федор произнес все это вымученно, без прежней уверенности и бравады.
Мне его и жаль было, и, одновременно, встряхнуть хотелось. О чем он говорит? Неужели не понимает, что ничего уже не вернуть? Какой смысл склеивать разбитую чашку? Все равно ведь след останется. И прежнюю красоту ей не вернешь. Получится вещь из разряда – и выкинуть жалко, и пользоваться неудобно. Вот и нашу семью – сколько ни склеивай, а как раньше уже не будет. Тем более, сейчас, когда я жду ребенка от другого.
– Федь, ты не обижайся, но, чем быстрее ты меня забудешь и начнешь новую жизнь, тем лучше, – я серьезно посмотрела на бывшего. – Ты молодой, интересный, обеспеченный. Вокруг полно красивых девушек, готовых в очередь выстроиться к такому мужчине! На твоем месте я бы не раздумывала.
– Да не нужны они мне, – дернулся Федька. – Никто не нужен, кроме тебя! Маш, ну как мне до тебя достучаться? Да, дурак был, идиот, скотина. Но я обещаю, Маш, больше – никогда! Ты только вернись!
– Никогда? – я не смогла удержаться от сарказма.