Послушала, припомнила всякие мелочи и поверила. А правда ли то, что мне мерещится? Может, выдумки все? Может, сочиняет мой знакомец? Выжил из ума и несет невесть что. А на самом деле и нет никаких оборотней.
Ну да. Действительно. Какие оборотни? Двадцать первый век на дворе. Чего я придумываю всякие ужасы?
Обвела глазами привычную обстановку кухни. Старая деревянная мебель, яркие занавески – недавняя обновка, – венский стул с изогнутой спинкой, плитка шашечкой. Большой холодильник, втиснутый в кладовку.
До боли знакомые и обычные вещи.
До боли знакомый и обычный мир.
Хватит, Маруся. Приди в себя. Успокойся.
Иначе не миновать тебе с настоящими санитарами общаться. В синих халатах которые. И на потолки любоваться. Белые.
Давай – собралась, встала и взялась за уборку. Наведешь порядок, а там и мозги на место встанут. И жизнь снова засияет яркими красками. И ужастики исчезнут.
Все. Отставить бред. Нет никаких оборотней. Не-ту. Всего лишь игра расшалившегося воображения.
***Рус появился только поздно вечером.
Привычно поцеловал, внимательно оглядел со всех сторон и потащил в кровать.
– Спать, Мари, – безапелляционно заявил партнер и уложил-таки в постель. – Тебе нужно набираться сил.
Нет, ну вот как ему это удается? Только я собираюсь возразить, как он посмотрит на меня – чуть прищурившись, с долей мягкой иронии, – и все мои аргументы куда-то пропадают. Испаряются, будто их и не было. И я покорно выполняю все, что говорит партнер, сама с себя удивляясь, – прям, не Маруся, а «мисс Послушание» какое-то!
– Ты ужинала? – поинтересовался Берцев, растягиваясь рядом.
– Угу, – невразумительно мугыкнула я, из-под ресниц рассматривая партнера.
Оборотень? Да, не-е-ет. Просто офигенно красивый мужик. Брутальный такой. Уверенный. «Мистер Тестостерон» и «Мистер Мачо» в одном флаконе.
– Самочувствие нормальное? Голова больше не кружится? – не отставал Руслан.
Ага. Доложили, значит.
– Да нет. Все прошло уже.
– А на автостанцию зачем ездила? – словно бы невзначай, спросил партнер.
– Василий Ильич сумку у нас забыл, попросил привезти.
М-да, Маруся. Врешь, как дышишь! Откуда что берется. Такими темпами скоро все свои принципы растеряешь.
Неожиданно вспомнились слова Дронова.
«Присмотрись к своему Руслану Александровичу повнимательнее, Машенька».
Что ж, смотрю.
И не вижу ничего необычного. Ну, сильный. Ну, накачанный. Крепкий. Подумаешь, это вовсе не показатель. Руки… Не, не надо про руки, а то опять зависну.