Уговорить Бекетова отдохнуть пару часиков труда не составило. Глаза у инженера были красными и явно слипались. Да и известие, что мы привезли горячую пищу, явно обрадовало.
Дождавшись, пока охрана не убедится, что рабочие отошли к нашим машинам и получают из рук матери по тарелке супа, мы притушили включенные прожектора и перешли на ту сторону. Мама осталась в родном мире вместе с Алексеем, они должны обеспечить наше возвращение.
А в параллельной реальности нас уже встречали.
К моему удивлению, этих я не знал, хотя всех обучал владению мобильными радиостанциями. У незнакомцев они были, но лица… ни одного знакомого.
– Товарищ Демин? – обратился ко мне высокий плечистый командир, в звании капитана инженерных войск.
– Да, это я. – Наблюдая, как осназовцы и мои ребята настороженно разглядывают друг друга, я почувствовал смутную тревогу.
«Захват? Но как? Почему? За что? Что я сделал?» – Вопросы молниями появлялись у меня в голове, однако ответов на них не было.
Привели меня в кабинет, который занимал Берия. Сейчас здесь сидел за столом незнакомый командир в форме НКВД, а сам нарком почему-то отсутствовал.
– Александр Демин? – спросил меня сухопарый старший майор с ромбами в петлицах.
– А где Гоголев?
– Арестован… пока под домашним арестом.
– Почему?
– Да потому, что переходить на ту сторону высшим партийным руководителям запрещено, и запрещено самим товарищем Сталиным.
– Уй е… – Я понял, что они натворили. Зная Сталина, можно было догадаться, что меры безопасности будут просто драконовские.
– А товарищ Берия где?
– На пути в Москву. Но это все лирика, начнем нашу работу. Вот, ознакомьтесь с новыми правилами по переходу, – протянул мне майор какой-то листок. – Аля, организуй нам чаю, пожалуйста, – нажал он на кнопку селектора, которого раньше не было.
Держа в руках листок, я вчитывался в строки, мрачнея все больше и больше.