– Александр Демин, главный инженер районной подстанции, в отпуске, – несколько иронично ответил я.
Генерал чуть улыбнулся одними губами, его выцветшие блекло-голубые глаза спокойно-расчетливо, внимательно рассматривали меня.
– Расскажи, как ты нашел эту Аномалию?
Мой рассказ занял почти полтора часа, мы в это время уже выехали на взлетную полосу и остановились у транспортного «Дугласа», на котором генерал должен был лететь в Москву, и продолжили разговор, попросив летчиков подождать.
«Коротич был прав», – подумал я, идя к самолету, около которого меня ждал Жора, мой пилот.
Генерал был удивительным слушателем, он так многозначительно молчал, что я волей-неволей рассказал все, даже водитель, парень Судоплатова, что сопровождал генерала и вышел из машины на аэродроме, и тот слушал с интересом, имея доступ к подобным секретам.
Заодно я выяснил, в чем специалист Иван Иваныч. Он, оказалось, все военные и послевоенные годы работал на Украине и в Белоруссии, в органах НКВД, и знал столько народу, что работали против СССР, что его чуть ли не на руках готовы были носить.
– Ну что, Санек, летим? – спросил меня Жора, когда я подошел к самолету.
– Да, летим… Подожди, где тут туалет? А то в небе не сходишь.
– Да вон будка стоит, – показал лейтенант рукой.
– Это где штаб? – не понял я.
– Да. Я сперва тоже думал, что это просто палатка, а оказалось, что вон чего.
Взлетев через пятнадцать минут, мы, медленно поднимаясь, взяли курс на первый промежуточный аэродром.
Впереди виднелись точки «Дугласа» и звена истребителей, которые его сопровождали. Самолет Иван Ивановича взлетел на несколько минут раньше меня, и сейчас мы его медленно нагоняли, идя пока параллельным курсом, но дальше, насколько я успел запомнить, на излучине реки, которая была ориентиром, мы повернем севернее.
Откинувшись на спинку, я закрыл глаза, собираясь выспаться.
– Заходим на посадку, – предупредил меня Жора, помня наше первое приземление на аэродроме подскока. Я тогда спросонья орал благим матом, не поняв, где нахожусь, чем изрядно напугал его.
– Я не сплю.
– Хорошо. Вон, кстати, тебя встречают.
Внизу, в уже начавшихся потемках, действительно виднелись машины, но, как оказалось, встречали не меня. Как только мы приземлились, аэродромный служащий замахал флажками, приказывая нам убираться со взлетной полосы.