Кто еще будет разъезжать на «мерседесе» с мигалками и двумя черными микроавтобусами той же марки для охраны? Правильно, кто-то из большого начальства. А зная, какую борьбу ведут с этими самыми спецсредствами, понятно, что это не гопники. Остановились, кстати, не по их требованию, а по велению волшебной палочки полицейского. Видимо, их сопровождала такая же машина, что и нас.
– И что будем делать? – спросил Лобанов, потирая затвор пистолета. На самом деле он знал, что нужно делать, но, подчиняясь армейской привычке получать приказ от старшего по званию, ждал ответа.
– А ничего, – ответил я, широко улыбнувшись, – наши это.
– Коротич, – хмыкнула у меня над ухом Аля, которая тоже смотрела в окно.
Это и в самом деле был капитан Коротич. В сопровождении двух бойцов в городском камуфляже и с автоматами, не теми подделками, что мы взяли в качестве трофеев, а настоящими «калашами». Пропустив машину, перешли дорогу и подошли к дверям.
– Открой, – велел я водителю.
Вместо капитана в салон вбежали спецназовцы, держа оружие на изготовку, однако, рассмотрев нашу лежавшую на полу охрану, ощутимо расслабились."
"А дальше произошло то, что оставило у меня на душе долгий и неприятный осадок. Видимо, захват нашего автобуса был заранее спланирован, одновременно с тем, как бойцы ворвались к нам в машину, боковые двери микроавтобусов отодвинулись, и показались дула крупнокалиберных пулеметов. Почти мгновенно они открыли огонь по второму пазику.
Наклонившись, Коротич открыл небольшой встроенный холодильник и достал бутылку с соком.
– На, освежись, а то ты какой-то бледный, – хмыкнул он, подавая мне бутылку.
– Станешь тут, – хмуро ответил я, принимая.
– Да не расстраивайся, они изначально были списаны… Лейтенант, вы что будете? Сок? Воду?
– Лучше воды, спасибо, – ответила Аля.
В «мерседесе» мы были втроем, не считая водителя. Даже Андрея, моего личного телохранителя не взяли.
– Рассказывай. Что у вас тут творится, а то мне все кажется каким-то нереальным. Представляешь, я даже американцев видел на Алексеевской базе.
– А, наблюдатели? Наша работа, – кивнул Коротич.
– Ваша или нет, не знаю, но хочу знать все, – твердо сказал я.